Алексей, не желая больше слышать, поднялся, что насторожило и заставило замолчать его собеседника.
— Мне больше знать не надо, — хотел Алексей уйти, как продолжавший сидеть Дмитрий вдруг строгим голосом воскликнул: — Сядь и слушай! — Прошу прощения?! — поразился Алексей. — Я не желаю больше разговоров ни с тобой, ни с Сашкой, ни с вашими союзниками! — Сядь, я сказал, — указал пальцем на стул перед собой Дмитрий. — Ивана спасти хочешь? Сядь! Услышав про Ивана, Алексей смолк и, ничего больше не ответив, сел обратно. Дмитрий больше не улыбался. Он серьёзно смотрел в глаза внимательного друга и продолжал:
— Я присягал императору Александру, я предан. Меня впихнули в это дело по моей же воле. Да, я и там, и там. И я должен доносить в канцелярию. Я выполняю указания и Карла Толя. А то, что произошло с твоим Иваном, это выплывшее среди всего, дело из прошлого… Об уничтожении детей графа Зорина печётся их же тётка, которая скрывается под именем очередного мужа, не желая потерять всего, что есть… И жизнь, в том числе. Из-за того, что Сашка знал, где ты, его выследили, а когда Иван там был один, его схватили, — рассказывал Дмитрий, а уставившийся Алексей сдерживался от накипающего гнева, но слушал. — Ивана держат и пытают о том, где сестра. Её ищут, но, когда найдут, этот день, может, станет для них последним. — Откуда тебе всё это известно? — ошарашенно спросил Алексей. — Ты забыл, где я служу? — удивился Дмитрий. — Что с тобой в имении произошло, что ты всё на свете забыл и отстранился ото всех? На письма мои ты тоже не отвечал долго. Что произошло там? — Я тоже её… ищу, — выдал Алексей. — И если ты замешан в том, чтобы уничтожить её и Ивана, я лично тебя убью, а потом и всех остальных.
— Я рассказал тебе это не за тем, чтобы ты подумал, будто я куплен их тёткой, — отрезал понимающий ярость друга Дмитрий. — Есть люди, например, как Михаил Михайлович, которым вы все не безразличны. Но есть и враги, от которых мы пытаемся оградить, а затем это дело поручено мне. Потому и искал тебя… Ты веришь, что не рассказал бы всё это, если бы был на стороне врагов? Доказательств мало тётку обвинить в чём или оправдать кого. — Не знаю, — признался Алексей. — Я не знаю больше, кому верить и во что. Но ни Ивана, ни его сестру, ни дорогих им людей я вам не отдам. Пусть лучше будут вечно в бегах. — Лёшка, — потёр глаза от начинающейся головной боли и выдохнул Дмитрий. — Ивана нам не спасти, пока мы не найдём, где его держат. — Хмм, — усмехнулся Алексей. — Я думал, вашей канцелярии известно всё!
— Нет, не всё… до поры до времени. Но ты должен знать, нам с тобой надо работать вместе, иначе шанс на их спасение мал. Сашка много разболтал, а людей, поддерживающих теперь и твоих врагов, тоже много. И не все имена известны нам. — Так вот и ты знай, — выдал Алексей. — Сашка вырыл себе могилу, её себе теперь роешь и ты. Я не могу позволить вам гибнуть, но и верить вам я больше не могу. Верните мне Ивана, да оставьте же вы дело Зориных умершим. Дети здесь ни при чём, тем более они лишены всех титулов и наследства. — Если бы это было так просто, я бы с тобой сейчас об этом не разговаривал, а потащил бы играть в бильярд и пить вино, — поднялся Дмитрий и встал перед ним. — Признаюсь…. я лично знаю, где Милана.
— Я тоже, — выпрямился гордо Алексей. — И только посмеет кто к ней приблизиться, убью тут же. — Попридержи коней, Лёшка, — покачал головой Дмитрий. — Я тебе не враг, и, веришь ты мне, или нет, я буду рядом и не позволю случиться плохому. Сашку надо тоже спасать. Он играет роль пешки в деле, которое может его погубить. Он тоже наш друг. Мы же клялись друг другу быть вместе. Мы вместе прошли войны, прошли трудные приключения, неужели нам и с этим не справиться? — он замолчал, видя гуляющий по кабинету взволнованный взгляд друга, и снова продолжил. — Иди в театр и следи, чтобы там было спокойно. Екатерина Васильевна в курсе дела, но она может укрыть её только там. Назови ей моё имя, и тебя пропустят. Милане предстоит пока пожить в театре. Подруги её продолжат быть няньками у Семёновой, — тут Дмитрий выложил письмо, которое было недавно у Алексея с известиями о похищении Ивана. — Это мне передал Сашка.
— Тебе, и правда, всё известно, — не веря услышанному, взглянул в глаза друга Алексей. — Я вернулся в Петербург, чтобы быть рядом. Я взялся за это дело, потому что вы оба мои друзья и беды вам я не хочу, как не хочу беды и тем, кто случайно попал в эту историю. Бороться нам предстоит вместе и с делом Зориных, и за Сашку, а потом уже за наши идеи и убеждения. Ты со мной? — протянул Дмитрий ему руку на пожатие.
Алексей молчал и какое-то время не смел пожать руку. Но вспомнившаяся дружба их троих одолела… Он пожал руку настоящему другу, которому всё же поверил… Душа немного успокоилась, зародившись надеждой на помощь, которую, как он в последнее время думал, никогда ни от кого не получит…
