Успев вывести Милану из леса, противник потащил её со спускающегося склона к реке. Лёд на реке в этом месте был разломлен и бился о берег. Именно там оказалась извивающаяся от страха и боли Милана. Противник втащил её за косу в леденящую воду и, опуская голову под лёд, принялся топить, как ни противилась и всеми силами ни пыталась пробраться к воздуху.
И ему бы всё удалось, если бы прозвучавший выстрел Сашки не пронзил бы насквозь, а кинувшийся к Милане Алексей не вытащил бы её… Отчаянно Алексей пытался вернуть Милану в чувство, укутав в свою верхнюю одежду, но она тряслась от холода и слабела на глазах…
Острую боль тела ощущала Милана, пробуждаясь от темноты сна, в которой была, как уже понимала, довольно долго. Онемевшие руки и ноги ещё не могли шевелиться… Свежесть воздуха почувствовалась, и первое, что Милана увидела, было окно. Открытое окно, откуда дул свежий лёгкий ветер и доносились трели птиц.
Потом Милана хотела пошевелить рукой, но почувствовала что-то тяжёлое. Опустив взгляд, она увидела дремлющего на её ладони Алексея… Да, она пригляделась ещё раз, ещё раз моргнула слезящимися от света глазами, и да…. это был именно он…
Алексей мирно спал щекою на её ладони, положив руки вокруг её руки, словно обнимал. Милана любовалась им, была рада, что он жив и здоров, но не смогла проконтролировать пробежавшую по телу дрожь, которая заставила вздрогнуть.
От этого Алексей очнулся. Он поднял голову и встретился с нежным взглядом очнувшейся милой ему девушки… Они тепло смотрели друг на друга, наполняясь радостью встречи, и не могли пока вымолвить ни слова. Губы дрожали…. слёзы наворачивались на глаза…. души трепетали и сердца бешено застучали…
— Милана, — вымолвил, наконец-то, Алексей. — Вы, — приподнялся он и, нежно гладя её по лбу и щекам, стал проверять нет ли у неё жара. — Вы… Вы… Вы очнулись!.. Жар, наконец-то спал.
Милана стала тоже пытаться заговорить, но чувствовала, что голос ещё не вернулся. Еле-еле удалось ей выдавить:
— Пить…
Алексей поспешил к столику у окна, схватил графин с водой и наполнил стоящий там стакан.
— Вот, — приподняв голову Милане чуть выше, преподнёс он к её губам стакан воды.
Воцарившаяся тишина была очень скоро нарушена вбежавшими к ним. Ирина и Ольга, от радости слышать о том, что подруга очнулась, забыли напрочь о положенном поведении. Они бросились обнимать и целовать Милану, только что закончившую пить первые глотки воды.
— Вы с ума сошли?! — воскликнул на них ставший недовольным Алексей и отставил на тумбочку рядом стакан. — Лучше принесите что поесть Милане! — Да, простите, барин, — улыбались те, переглядываясь с не менее счастливой подругой. — Мы так рады, что тебе лучше, — тихо сказала ей Ольга. — Мы и голубя сюда смогли привезти! — Да, — кивнула Ирина, видя удивление Миланы. — Он совсем оправился! — Моего голубка?! — обрадовалась та и прижала руки к груди. — Когда Благовещение? — Так, — развела руками Ирина. — Так было уже… — Нет, — появилось на лице Миланы расстройство, что заставило теперь Алексея удивиться.
Как только подруги ушли позаботиться о съестном, Алексей сел обратно возле Миланы:
— Вы расстроились из-за того, что пропустили Благовещение? — Нет, — улыбнулась она. — Немного расстроилась, что нарушилась задумка одна, — пожала она в смущении плечами. — Голубя хотела выпустить на Благовещение… Так делают. Он, так получилось, попал к нам. Ранен был. — Да, я видел… Помню, — улыбнулся Алексей, поймав вернувшийся к нему её нежный взгляд. — Но его можно отпустить и сейчас. — Сейчас?! — удивилась Милана и мельком взглянула на открытое окно. — Можно ли? — А что нам мешает? — подмигнул он. — Если вы сможете подняться, я бы помог выйти на двор, где сегодня проснулась ранняя весна… Вместе с вами проснулась… Вы же не хотите, чтобы голубь ждал, когда его вернут в Петербург?
— А может, у него там родные, — хихикнула Милана. — Вы знаете, у него есть крылья, сам долетит, — засмеялся вместе с ней Алексей. — А вот и еда, — нарушив идиллию, вернулась Ольга с подносом, который тут же поставила возле Миланы. — Что это? — уставился на поднос Алексей. — Солёный огурец, хлеб и чай?! — Вечером картофельные пирожки, барин, а вчерашней рыбной кулебяки не осталось, — несмело вымолвила Ольга. — Пост ведь. — Да, пост, — поднялся он, вдруг вспомнив про реальность и продолжающийся ещё Великий пост.
Поклонившись и вновь улыбнувшись Милане, он вышел в коридор. Прислушиваясь к доносившимся до него разговорам, он понял, что в доме находятся и его друзья. Обрадовавшись их присутствию, Алексей помчался к ним.
— Вернулись! — вышел он в открытую на двор дверь, откуда доносилась их беседа. — Какой хороший сегодня день! — Да, вернулись вчера вечером уже, — обнял друга довольный Дмитрий.
