Когда я захожу в палату, она оживляется. Сегодня Диана сидит, на ней белый кардиган в зеленый цветочек, светлые волосы распущены. Несмотря на порез на губе и вереницу швов на виске, щеки приобрели здоровый румянец, а глаза сверкают.
Господи, я люблю это девушку всем сердцем. С Дианой я будто открыл какую-то часть себя, о существовании которой не подозревал прежде, не знал, как мне ее не хватает. С ней мне хочется стать лучше – не для того чтобы ее впечатлить, а потому что она вдохновляет меня стремиться к совершенству.
Я не жалею о времени, проведенном с Линси. Оно помогло мне повзрослеть, стать тем, кто я есть. Но, черт возьми, до чего очевидна разница между ней и Дианой. Теперь я понимаю, почему так важно правильно выбрать женщину, с которой пойдешь по жизни. И желательно, чтобы ею стала та, которая способна рассмешить до колик.
– Привет, – я снова чувствую, как перехватывает дыхание.
– Привет, – улыбается она.
– Где твоя мама?
Мама Дианы прилетела из Нью-Йорка на следующее же утро после нападения и последние три дня каждое утро проводила у постели дочери. Диана не ошиблась в своей матери – она надменная, и это заметно. Но еще я могу с уверенностью сказать, что она искренне любит свою дочь и честно пытается найти подход к ней. А это самое главное.
– Ты не поверишь, – откликается Диана. – Она пошла пообедать с папой и Лариссой.
– Ого.
Даже я знаю, что это прогресс. Родители Дианы развелись десять лет назад и с тех пор провели в одном помещении не больше двух часов. А после того как Диана попала в больницу, я неоднократно видел, как они болтают в больничном кафетерии. Ее брат тоже хотел прилететь, но Диана настояла и велела ему оставаться в Перу.
Я ставлю стул поближе к ее кровати. Завтра она сможет уйти отсюда, а пока мне предстоит еще одна ночь в больничной палате. Медсестры даже не пытаются меня вышвырнуть, но я все равно собираюсь купить Аделин и Мардж хорошую подарочную корзину в благодарность за их терпение и доброту. И вероятно, самую огромную в мире корзину для доктора Ламины, психиатра, который каждое утро приходит к Диане, чтобы проработать оставшуюся после нападения тревогу.
– Как прошла тренировка? – спрашивает Диана.
– Хорошо. Беккетт был просто огонь. Жду не дождусь выходных. Хочу увидеть, как его внутреннее хулиганство выплеснется на йельскую команду.
Я открываю пакет с едой и достаю пакетик простых картофельных чипсов, которые она просила. Протягиваю ей, и она довольно улыбается.
– Есть новости насчет них с Уиллом?
Я в ответ только глаза закатываю.
– Милая, ни один из них не отчитывается мне, что нового в сексуальной жизни.
– А стоило бы. Мне любопытно.
– Завтра на тренировке непременно расспрошу, – обещаю я.
– Спасибо.
Я утаскиваю пригоршню чипсов.
– Как моча?
– Чуть-чуть розоватая! – торжествующе объявляет она.
Я посмеиваюсь в ответ.
– Надеюсь, врачи скоро разрешат мне вернуться к тренировкам.
А вот это вызывает у меня ухмылку.
– Что? – вызывающе спрашивает она.
– Моя прекрасная оптимистка.
– Ну не будет же почка
– Твой врач сказал, месяц – чтобы наверняка, – напоминаю я.
– У меня нет в распоряжении месяца. Мы готовимся к национальным соревнованиям, а они в апреле!
– Сейчас только январь. – Я отодвигаю в сторону чипсы и забираюсь на кровать, вытягиваюсь рядом с Дианой. – Сосредоточься на выздоровлении. Твой отряд и через месяц никуда не денется. А мы пока бросим силы на следующий проект. Хочешь попрактиковаться в испанском?
Да-да, меня привлекли к изучению языка вместе с ней. Пока я знаю только фразу «хочу трахнуть тебя в задницу». Диана однажды услышала ее в испанском порно и внесла первым пунктом в наш словарный запас. Что, кстати, иронично, ведь мы даже анальным сексом не занимаемся. Да и даже если бы занимались, вряд ли она бы осилила мои габариты.
– Попозже, – отмахивается Диана. – Сначала я хочу заняться другим нашим проектом.
Я решительно качаю головой.
– Ни за что. Мы вчера вечером попробовали, и тебе было больно.
– Просто действуй в этот раз не так энергично.
Тут она права. Я, кажется, слегка перевозбудился вчера ночью, когда растягивал ее пальцами. В итоге она дернулась, у нее заболел бок, и нам пришлось все прекратить.
– Представь, что осторожно помешиваешь пальцами суп.
Я заливаюсь хохотом.
– Тихо, – журит меня Диана. – А то сейчас явится Мардж и отчитает нас за то, что мы шумим. Один Найл у нас уже есть, я не готова справляться еще и со вторым.
– Я по-прежнему считаю, что нам надо их свести. Представь, какую прекрасную, молчаливую жизнь они проживут вместе.
– Обязательно сейчас об этом говорить? Я хочу кончить, – ноет она и, повернув голову, начинает целовать мою шею.
Я осторожно переворачиваю ее на спину.
– Ладно. Я представлю, что помешиваю суп. Но только если мне можно будет потереться о твою ногу и кончить в штаны.
– Какой ты романтик. Перестань, для меня это слишком романтично.
Я легонько целую ее в губы.
– Я одержим тобой, Диксон. Надеюсь, ты это знаешь. И не только потому, что меня засосала твоя зыбучая киска.
