– Да уж, – наконец говорит Линси. – Ты явно у нее под каблуком, судя по тому, как она тобой помыкает.
– Она мной не помыкает.
– Шейн, она
– Может, и так, – я хмурюсь. – Но вообще это же не всерьез. Мы так развлекаемся, и…
– Что ж, в любом случае я рада, что ты участвуешь, – перебивает она, как будто я ничего и не сказал. – Значит, ты здорово повзрослел. Может, теперь ты научился поддерживать другого человека. Ставить его на первое место.
От ее слов меня окатывает радость пополам с раздражением. Приятно, что она видит во мне что-то хорошее, но мне не по себе от того, как быстро она сбросила со счетов все те случаи, когда я ее поддерживал. Да, я не хотел участвовать в танцевальном конкурсе вместе с ней, но ведь я сидел в первом ряду на всех ее выступления и аплодировал что есть сил.
Может, я делал недостаточно, кто знает. Может, стоило больше стараться. Я, наверное, эгоистичнее большинства людей, но это из-за хоккея. Он всех делает эгоистами. Ты посвящаешь все время и силы спорту, а не девушке. Так что она права. Может, она и правда не всегда была у меня на первом месте. Может, мне не удавалось найти баланс между игрой в хоккей и отношениями с девушкой, но теперь я смогу лучше объединить эти части моей жизни, лишь бы выпал шанс! Я вижу, что людям вокруг это удается. Взять хотя бы Райдера, которого всю жизнь ничего, кроме хоккея, не интересовало, а теперь он каким-то образом умудрился убедить чудесную женщину выйти за него. И, как я вижу, брак никак не изменил его результаты на льду, а спорт никак не сказался на браке.
Так почему же у меня не получится последовать его примеру?
– Что ж, наверное, я немного повзрослел, – хмыкаю я. – А может, и сильно повзрослел, раз теперь я готов исполнить танго на глазах у публики.
– Ой, вы танго танцуете? В каких категориях вы будете выступать?
– На самом деле я пока не уверен. Мы еще работаем над видео для предварительного отбора. – Смотрите, как я сыплю танцевальным жаргоном, а?
– Что ж, если пройдете квалификацию, скажешь.
– А что? Ты чувствуешь угрозу с нашей стороны? Вы с Сергеем попытаетесь разузнать, что мы затеяли? Будете шпионить за нашими тренировками, сплагиатите наши движения?
– Ничего я не волнуюсь, – высокомерно заявляет она.
– А стоило бы, потому что мы тебя сделаем, девочка.
– Да неужели?
– Ага.
– Попробуйте, – она смеется. – Ладно, буду держать тебя в курсе новостей о переводе. Еще поболтаем, Линди.
Я кладу трубку. Все мое тело вибрирует от волнения. Я хочу кому-нибудь об этом рассказать, но ведь всем плевать, что мне позвонила бывшая. Парни начнут меня немилосердно подкалывать и житья не дадут.
Впрочем… возможно, меня поддержит моя новая «девушка». Одной этой мысли достаточно, чтобы я взбодрился. Диана сегодня все утро дома – я слышал шорохи из ее квартиры. Не знаю, что она делает, но ощущение такое, что несколько часов подряд ходит туда-сюда по квартире.
Я в прекрасном настроении выскакиваю на лестничную площадку и громко барабаню в ее дверь.
– Это я. Впусти меня.
– Уходи, я занята, – доносится приглушенный голос из-за двери.
Я стучу снова. Еще громче.
– Тихо! – кричат снизу.
– Отстань, Найл! – кричу я в ответ. – Да ладно, Диксон, у меня новости есть.
На мгновение повисает пауза, потом я слышу, как она подходит к двери.
– Ладно, но не паникуй, когда увидишь мое лицо.
– С чего мне…
Дверь распахивается, и я пораженно ахаю.
Под глазом у Дианы приличный синяк. Кожа вокруг глаза и над скулой потемнела и опухла. Синяк красновато-синий, а не черно-фиолетовый, наверное, ему уже пара дней.
Я пытаюсь вспомнить, когда видел ее в последний раз. Кажется, в субботу утром. Черт, как мы вообще умудрились ни разу не встретиться за четыре дня? Я все это время только и делал, что играл в гольф, качался и плавал. Два занятия из трех – на территории комплекса, где мы оба живем. Где, черт возьми, носило Диану?
– Что случилось? – спрашиваю я. – Ты в порядке?
– Чирлидинговый лагерь, – печально откликается она.
У меня аж рот открывается.
– Что вы там делаете? Сражаетесь до первой крови?
– Мы с другими наставниками показывали девочкам, как строить пирамиду. Я была наверху, пирамида развалилась, и я получила локтем в глаз.
– Черт. Ты лед прикладывала?
– Прикладывала. Но все равно выглядит отстойно. А у тебя что нового?
Я прохожу в квартиру следом за ней. Смотрю, она отставила журнальный столик подальше от дивана и скатала тот жуткий бордовый ковер. Теперь он стоит у стены, рядом с аквариумом. Посреди комнаты образовалось большое пустое пространство.
– Ты что тут делаешь? Я все утро слушаю, как ты бродишь по квартире.
– Придумываю композицию для детишек. Завтра буду их учить.
– Ты уже нашла партнера по танцам?
– Нет, – мрачно отвечает она.
– А вот и неправда, – ухмыляюсь я. – Нашла.
Диана сощуривается. Точнее, правильнее будет сказать, что она щурит один глаз – правый. Левый и так прилично заплыл из-за отека.
