— Здравствуйте, господин Раджан-младший. Я слышал, что вы добрались до нас не без приключений. Это верно? — он подвел Раджана к небольшой кожаной софе у одного из окон, сам сел в кресло, стоявшее слева.
Чень подошел к книжному шкафу, занимавшему одну из стен, открыл фальшивую дверцу, за ней оказался бар с холодильником.
— Для нас, журналистов, подобные приключения — сущий клад, — заметил Раджан.
Мельком взглянув на окно, он только теперь понял, что оно было фальшивым. Через него, так же, как и через другие три-четыре окна, открывался вид на залитую ярким солнечным светом реку, зеленые луга и леса за ней. Лайон-старший тоже посмотрел на окна, сказал: «В наших местах обычные окна только отвлекали бы от работы. Шум, да и запахи…» — он безнадежно махнул рукой. Подошел к столу, нажал какую-то кнопку и во всех «окнах» вспыхнула жизнерадостная панорама ночного Нью-Йорка. «Так, пожалуй, лучше?» — он выжидающе посмотрел на гостя. Раджан с интересом рассматривал па- нораму, пытаясь определить точку, с которой она могла быть сфотографирована.
— Господа, что прикажете вам налить? — Чень поглаживал бутылки, переставляя их с места на место.
— Кампари, — после некоторого раздумья сообщил Раджан.
— Мое питье, я надеюсь, вы знаете, — заметил Лайон-старший.
— Да, сэр. Манговый сок пополам с апельсиновым и три кубика льда на стакан, — отрапортовал китаец.
«Бережет себя король, — неприязненно подумал Раджан. До ста лет, наверное, мечтает править своими несчастными подданными».
— И мое, надеюсь, тоже, — послышался голос откуда-то от камина. Невольно обернувшись на этот голос, низкий и густой, Раджан обнаружил, что в кабинете находился еще один человек. Он стоял, прислонившись спиной к стене и являл собой весьма живописную фигуру* Одетый в серебристо-белую тогу, ростом он был не менее семи футов и очень широк в кости. Все лицо его и вся голова были покрыты кудрявыми черными волосами. На каждом пальце обеих рук громоздилось по массивному перстню. Камни на них были крупные, разных цветов.
— Твое, даже если бы и захотел забыть, то не смог бы: ром темный, ром светлый, две водки и «Бурбон».
— С Ченем вы уже познакомились. Однако, вряд ли вы успели узнать, что он отменный астролог и судьбу предсказать умеет, как, пожалуй, никто в нашем городе, — сказал Лайон-старший, сделав несколько мелких глотков из своего стакана. — А это Агриппа, мудрец, искусный строитель долларовых пирамид и полководец невидимых армий, воюющих за более рациональное распределение совокупного национального продукта.
Раджан был удивлен внешностью Лайона-старшего. Почему-то он ожидал встретить человека более крупного, более яркого, экстраординарного. У Лайона-старшего лицо было каким-то смазанным, все черты — мелкими, даже обычно густые волосы у негров — у него были редкими, не вьющимися. Костюм, рубашка, ботинки — все это было обыденным, средненьким, неброским. Единственным, за что мог зацепиться взгляд, были руки. Когда он вставал, они свисали, казалось, до колен. И ладони, ладони были такие, что в них можно было спрятать по зрелой папайе. Раджан слышал от Спенсера, что Лайон-старший мог одним ударом кулака убить человека. «Он и убивал, спокойно сообщил Рей Раджану. — Своей карьере на первых порах он и обязан этим невероятным кулачищам. Мозги ему пришлось пустить в ход уже потом, когда он понял, что одной силой путь наверх не проложишь. Тогда-то он и окружил себя людьми пре-лю-бопыт-ными».
— Итак, цель вашего визита, — начал Лайон-старший, глядя прямо в глаза Раджану, — цель вашего визита…
— Она, насколько я понимаю, весьма сложна. Но — при условии вашей помощи — может быть и довольно проста, — заметил Раджан, выдержав взгляд хозяина. — Для крупной индийской газеты, которую я представляю в Нью-Йорке, мне поручено написать очерк о вас.
— Ха-ха-ха! — загрохотал Агриппа. — Проста! Вы только взгляните на нашего героя с пером-мечом и с бумагой-щитом. Ха-ха-ха!
— О вашем прибытии в Нью-Йорк мы знали заранее, господин Раджан, хозяин спокойно посмотрел на Агриппу, и тот мгновенно смолк. — Полезно, знаете ли, иметь верных людей повсюду. И там, где за соблюдением закона наблюдают, и там, где налоги взимают, и там, где иностранные паспорта и визы выдают. Нам совсем не безразлично, кто прибывает в наш город. Особенно, если этот «кто» цветной.
— Нам известно, например, о чем вы пишете в «Индепендент геральд», радушно просипел Чень.
— И о том, кто бывает на вашей квартире в Гринвич Вилледж, — добавил Агриппа, сверкая белками глаз и ровными, словно натертыми мелом зубами.
— И о мисс Парсел, мисс Беатрисе Парсел, — продолжал Лайон-старший. Как видите, нам известно о вас гораздо больше, чем вам о нас. Я уж не говорю о вашем отце, господине Раджане-старшем, перед финансовым гением которого я преклоняюсь и с которым имел удовольствие встретиться однажды, три года назад — в Даккаре. «Любопытно, — подумал Раджан. — Я только намереваюсь начать сбор материалов о нем, а этот бубновый Король уже так обширно обо мне осведомлен».
