— Разумеется, — продолжал негромко Ковэр. — Но какой же профессионал приведет за собой на встречу «хвост»? А вы привели. Хорошо, что у меня память на фото отменная. Я видел это лицо — и недавно — в одной частной фототеке. Ну ладно, его сейчас пустят по ложным следам. Это, в конце-концов, деталь. Хуже, что под угрозой целое. Вы, Ричард Маркетти, взяты под подозрение не только людьми Парсела, что само по себе уже не просто плох, а скандально, отчаянно плохо. Вы наследили так неловко, что вас подозревает служба Кеннеди. Вы понимаете, что это такое?
Теперь Дик, поставив свой фужер, уныло молчал. Наконец он выдавил из себя: «Вы это точно знаете?». Ковэр ничего не ответил. Похлопав Маркетти по спине, он сочувственно произнес: «Только не скисай. Это совсем последнее дело. Подкрепись». Вернону Ковэру было ничуть не жаль этого смазливого итальянца. «Задание у него было не из самых легких, конечно, — думал Ковэр, глядя, как через силу ест и пьет Маркетти. Легко сказать — следить за настроением, связями, намерениями самого Джерри Парсела. Но уж если взялся — а он взялся! — то будь мудрее змеи, быстрее антилопы, сильнее тигра. Спокойнее всего было бы убрать этого Маркетти куда-нибудь в Африку или даже в его Италию. Но это уже будет третий провал, третья неудача моих сотрудников за последние полгода. А шеф не любит неудачников. Да и кто их любит… нет, это не годится. Тогда остается один выход — сделать так, чтобы Маркетти сам „подставился“ под Парсела. В таком случае он будет „жертвой“ обстоятельств, а это совсем другое дело».
— Как у тебя, между прочим, отношения с миссис Парсел?
— Думаю, неплохие, — осторожно сказал Маркетти. — А что?
— Сейчас необходимо отвлечь от тебя внимание людей Парсела, я имею в виду — от твоего задания. Сделать это можно, пустив их по ложному следу.
— При чем тут Рейчел… миссис Парсел?
— Мы уже как-то говорили с тобой, Дик, — Ковэр взял Маркетти за плечо, другой рукой осторожно повернул к себе его лицо. Сквозь прядь вьющихся сивых волос на итальянца смотрели маленькие острые бледно-голубые глаза: — Рейчел Парсел должна быть твоей союзницей. Мне ли, старому человеку, говорить тебе, красавцу в соку, как это делается?
— Я уделяю ей все признаки внимания, какие возможны в рамках приличий, — отведя глаза в сторону, проговорил Дик.
— Ты говоришь о каких-то рамках приличий! — Ковэр всплеснул руками. — Речь идет о карьере всей твоей жизни, а ты — «рамки приличий»!
— Я боюсь, что может произойти что-то непоправимое, удрученно вымолвил Дик. — Боюсь панически.
— Дик Маркетти, Дик Маркетти, — с укором повторил Ковэр, — ты закончил нашу школу. Потом ты закончил школу телохранителей в Джорджии. Мы проверяли тебя в деле. И никогда, даже в самой критической ситуации, ты не проявил и тени трусости. Что же случилось сейчас? И из-за чего весь разговор? Из-за того, чтобы лечь в постель с молодой, интересной, доброй, богатой бабой и заручиться ее покровительством на будущее, на всякий случай?
Маркетти молчал. «Как у него все складно получается пришел, увидел, победил, — думал он, глядя пальцами соломку на бутылке. Я Рейчел вроде бы жизнь спас. Она со мной мила, учтива — и только. Да на ее месте любая вела бы себя так же. Джерри есть Джерри. Ковэру очень хочется ударить Парсела побольнее, и чужими руками. Парсел тоже кому-то мешает. Кажется, калифорнийской группировке. неужели все мы, все до единого, кому-то мешаем. Но тогда нужны ли мы в этом мире?».
— Она беременна, — глухо сказал он. Ковэр легонько толкнул Маркетти в грудь, сально улыбнулся. «Этот макаронник еще, не дай Бог, „расколется“ если люди Парсела прижмут его поплотнее. Лучше, жестче нужно отбирать к нам людей. Как он юлит, как извивается. Противно, что это мой сотрудник».
— Я попробую, — проговорил, наконец, Ричард Маркетти. Я попробую…
Глава 21
Сон Дика Маркетти
Ему снилось, что отец привел его, четырехлетнего, в зоопарк. И хотя он точно знал, что в то время они не только не жили, но и не бывали в Риме, ему почему-то казалось, что это римский зоопарк. был ранний летний праздничный вечер. Веселые, нарядные люди громко переговаривались, ели сладости, мороженое, еще что-то, аппетитно шуршавшее в разноцветных целлофановых пакетиках. Все спешили к загонам со слонами — слониха Джильда только что родила слоненка.
