"Да, достаточно". Тивадар перевел взгляд с Куна на Сони и обратно. Его взгляд тоже упал на Иштвана, когда он переводил взгляд с одного солдата на другого. "Вы братья, соединившиеся кровью… в битве". Небольшая пауза напомнила им, что они были объединены кровью и по другой причине. Но никто, кто не знал об этой другой, более темной причине, не смог бы догадаться об этом из слов командира роты. Тивадар продолжил: "Пусть теперь между вами не возникнет ссоры".
Кун сразу кивнул. Городские жители не цеплялись за вражду, как это делали жители горных долин. Сони потребовалось больше времени. Тивадар и Иштван оба уставились на него. Наконец, неохотно, его большая лохматая голова тоже закачалась вверх-вниз.
"Это сильный парень", - сказал Тивадар. Он повернулся и начал выбираться из редута.
"Сэр? Еще один вопрос?" Спросил Иштван. Тивадар помолчал, затем кивнул. Иштван спросил: "Достаточно ли у нас магов, чтобы предупредить нас, если сукины дети Свеммеля снова собираются обрушить на нас свою ужасную магию? Ты понимаешь, кого я имею в виду".
"Я знаю, кого вы имеете в виду", - мрачно согласился командир роты. "Чего я не знаю, так это ответа на ваш вопрос. Я даже не уверен, что маги смогут обнаружить это заклинание до того, как ункерлантцы начнут убивать людей, чтобы привести его в действие. Возможно, нам лучше проскользнуть вперед, чтобы выяснить, выводят ли они крестьян на фронт ".
"Это неплохая идея, сэр", - сказал Кун. "Я имею в виду не только для нас. Я имею в виду по всей границе этих проклятых лесов".
"Я не генерал. Я не могу отдать приказ для всей линии. Я даже не могу отдать приказ для всего полка", - сказал Тивадар. "Но если вы, мальчики, хотите отправить людей на восток, чтобы посмотреть, что происходит, вы не сделаете меня несчастным. А теперь я отправлюсь своей дорогой". Он поднялся по выложенным мешками с песком ступеням в задней части редута и поспешил прочь через лес.
"У него была хорошая идея, сержант", - сказал Кун. "Если бы мы могли получить какое-нибудь предупреждение до того, как ункерлантцы начнут убивать ..." Он вздрогнул. "Когда они выпустили эту магию в последний раз, это было так мерзко, что я думал, моя голова лопнет, как яйцо. Клянусь звездами, я надеялся, что моя голова лопнет, как яйцо".
"Хорошо, мы сделаем это", - сказал Иштван, - "хотя было бы только удачей, если бы у жукеров Свеммеля были свои жертвы в нашем секторе. У нас должны быть разведчики, продвигающиеся вперед по всей линии. Ункерлантцы делают это, пусть звезды потемнеют для них ".
Прежде чем он успел приказать кому-либо отправиться на разведку в лес на востоке, примерно в пятидесяти ярдах перед редутом взорвалось яйцо. Мгновение спустя другое взорвалось менее чем в два раза дальше. Прежде чем третье яйцо смогло приземлиться, Иштван оказался распластанным на животе, уткнувшись лицом в черную землю. Он набрал полные легкие влажного воздуха, пахнущего плесенью и старыми листьями.
Это третье яйцо взорвалось за редутом, достаточно близко, чтобы взрыв магической энергии заставил землю содрогнуться под распростертым телом Иштвана. Пара деревьев с шумом рухнула, превратившись в руины. Земля и ветки дождем посыпались на Иштвана. Он уже проходил через подобные избиения раньше. Если яйцо не лопнет прямо на вершине редута, он знал, что находится в достаточной безопасности.
Он был. Его отряд был. Когда вокруг лопнуло еще больше яиц, он в смятении воскликнул: "Капитан Тивадар!" Он не осмеливался высоко поднять голову, каким бы встревоженным он ни был.
"У него хорошие шансы", - сказал Кун, его голова была не на дюйм дальше от земли, чем у Иштвана. "Он бы упал ничком, когда полетело первое яйцо, и начал бы рыть себе яму до того, как лопнуло второе. Ты бы так и сделал. Я бы так и сделал. Капитан тоже. Он не дурак". От Куна это была высшая похвала.
"Мы должны отправиться за ним", - сказал Сони. "Если бы один из нас попал в такую бурю, как эта, он бы вышел и вернул нас обратно".
"Мы даже не знаем, в какую сторону он пошел", - сказал Иштван. Но это прозвучало неубедительно даже для него. Сони не ответил. Его молчание звучало более укоризненно, чем выкрикиваемые проклятия.
Проклиная себя, Иштван поднялся на ноги и покинул редут. Как только он оказался в лесу, он снова упал на живот; яйца все еще лопались вокруг. "Капитан Тивадар!" - крикнул он, хотя его голос казался слабым и затерянным в этом сокрушительном реве внезапно высвободившейся магической энергии. "Капитан Тивадар, сэр!"
Даже если бы Тивадар ответил, как Иштван должен был услышать его? Его уши были в синяках, перегружены, разбиты. Яйцо взорвалось рядом, очень близко. Сосна, которая могла бы простоять сотню лет, покачнулась, опрокинулась и рухнула вниз. Если бы она упала под немного другим, совсем немного другим углом, это выбило бы из него жизнь.
