"Вот они идут!" Крикнул Сеорл. И действительно, ункерлантцы в серо-каменных туниках карабкались вверх по восточному склону холма, намереваясь отвоевать его. Сидрок уничтожил нескольких из них. Другие фортвежцы сделали то же самое, но ункерлантцы продолжали наступать.
Затем среди солдат Свеммеля начали взрываться яйца. Луч от тяжелой палки сразил двух ункерлантцев, которым не повезло оказаться на одной линии с ним. "Бегемоты!" Сидрок закричал, его горло пересохло от возбуждения и дыма. "Наши бегемоты!"
Застигнутые врасплох, ункерлантцы убежали. Иногда они поступали так, сталкиваясь с неожиданностями, хотя и не настолько часто, чтобы кто-то мог на это рассчитывать. Сидрок ждал, когда Верферт отдаст приказ о преследовании. Приказа не последовало. Вместо этого Верферт сказал: "Давайте подождем, пока мы не соберем здесь еще несколько войск. Тогда мы отправимся за сукиными сынами".
Сидрок не мог с этим поспорить. На людей из бригады Плегмунда начало падать все больше яиц. Сидрок посмотрел в сторону возвышенности вдалеке. Как они могли надеяться продвинуться вперед, когда все, что они могли сделать, - это не отступать?
***
Когда-то, вероятно, деревня Браунау не сильно отличалась от любой другой крестьянской деревни ункерлантеров. Это было до того, как альгарвейцы, продвигавшиеся на запад, столкнулись здесь с ункерлантцами, которые не собирались позволять им идти дальше. Теперь то, что останется от деревни, когда бои, наконец, переместятся в другое место, запомнится навсегда. Как это запомнится… Ответ на этот вопрос был написан кровью в этом месте и вокруг него.
Леудаст снова подумал о Сулингене. Ункерлантцы, защищавшие Браунау, сражались с той же решимостью, что и их соотечественники дальше на юге. Каждая хижина, каждый амбар, каждый колодец защищались так, как если бы это были ворота во дворец короля Свеммеля в Котбусе. Никто не подсчитывал стоимость. Решимость была налицо: альгарвейцы не пройдут дальше деревни.
Со своей стороны, солдаты короля Мезенцио оставались упрямыми и находчивыми. Не успевали защитники Браунау разгромить одну бригаду, как в бой вступала другая. Как всегда, рыжеволосые были храбры. В данном случае это причинило им боль не меньше, чем помогло.
"Они не могут добраться до Браунау никаким другим способом, кроме как прямо по курсу, вы понимаете?" Сказал Рекаред. "Земля не позволит им попробовать ни один из их причудливых альгарвейских трюков и подойти к нам сзади".
"Во всяком случае, так это выглядит", - согласился Леудаст. Он не был так уверен в том, что люди Мезенцио могли или не могли сделать. Он ошибался слишком много раз.
У Рекареда было меньше сомнений - но ведь он не был в бою так долго, как Леудаст. "В вашей деревне играют в игру под названием "Последний оставшийся в живых"?" - спросил он.
"Есть, сэр", - ответил Леудаст. "Я думаю, они играют это везде. Это помогает, если ты пьян". Двое мужчин стояли лицом к лицу, по очереди нанося друг другу удары так сильно, как только могли. В конце концов, один из них больше не смог бы подняться, и другой парень стал победителем.
"Что ж, вот что у нас здесь есть", - сказал Рекаред. "Либо мы встанем на ноги здесь, в Браунау, либо это сделают альгарвейцы".
"Что-то в этом есть", - сказал Леудаст. "Но выстоим ли мы или рыжеволосые, Браунау не будет".
В Браунау в тот момент почти ничего не стояло. Леудаст и Рекаред оба выглядывали из траншеи между парой разрушенных домов на восточной окраине деревни. Мертвый альгарвейец лежал перед ними; еще двое лежали позади них. Рыжеволосые дважды проникали в Браунау, но им не удалось удержаться. Их окопы, прямо в эту минуту, находятся в паре сотен ярдов от него.
Из-за Леудаста ункерлантские яйцекладущие на хребте в тылу Браунау начали обстрел альгарвейских позиций. Альгарвейские яйцекладущие ответили. Леудаст сказал: "Лучше, чтобы рыжеволосые целились в них, чем в нас".
"О, они доберутся до нас, не бойся", - сказал Рекаред. "Они всегда добираются". Леудаст хотел бы он думать, что командир полка ошибался.
Мимо пролетали альгарвейские драконы. Они также сбрасывали яйца на ункерлантских придурков. Некоторые из них сбрасывали яйца и на Браунау. "Где наши драконы?" Потребовал Леудаст. "Не видел многих из них с тех пор, как эта битва была новой".
"Что-то пошло не так", - ответил Рекаред. "Я не совсем знаю, что, но что-то пошло. Мы должны были нанести альгарвейцам сильный удар, но вместо этого они нанесли его нам".
Леудаст вздохнул. "Сколько раз мы слышали подобные истории раньше?" сказал он. "Сколько из нас в конечном итоге погибнет из-за этого?" Они должны предать огню того, кто нам все испортил ".
"Скорее всего, альгарвейцы убили его, кем бы он ни был", - сказал Рекаред.
Но Леудаст сказал: "Нет. Кто-то за линией фронта что-то забыл или упустил из виду. Вот как это бывает с нами. Он тот, кто заслуживает того, чтобы его сварили заживо".
"Может быть, ты и прав", - сказал Рекаред. "Но даже если это так, мы ничего не можем с этим поделать. Все, что мы можем сделать, это держаться здесь и не пропустить рыжеволосых".
