Право крови полностью

Не в силах поверить собственным глазам, Ульдиссиан замер, глядя на Рома – на Рома, отъявленного злодея, отрекшегося от прежней преступной жизни.

– Что… что ты здесь делаешь? – осведомился Ульдиссиан.

Взгляд его скользнул по нескольким лицам, хоть как-то да различимым в отсветах факела. Большая часть оказались знакомыми. Все это были партанцы.

– Увидели мы, что ты, о святейший, исчез, и испугались самого худшего – особенно после того, что стряслось с бедным мастером Итоном и его мальчуганом! А Никодим – он у нас следопыт добрый, и кое-кто из остальных тоже! Вот мы и отправились за тобой сразу же, как только смогли! Но ты жив и здоров! – широко улыбнувшись, закончил Ром.

– Ни к чему было за мной отправляться, – с укором откликнулся Ульдиссиан. – Путь ведь опасен… и, кстати, как же с вашими семьями?

– Все мы пошли за тобой добровольно, – заверил его кто-то еще. – А родные – с нами, конечно! Не бросим же мы их, верно я говорю?

– Точно так! Именно! – отвечал ему целый хор голосов.

Тут Ульдиссиан заметил ближе к задним рядам темной толпы немало фигур куда более хрупких, около полудюжины – совсем невысокого роста. А он-то и не подумал бы, что это женщины, либо, если уж на то пошло, дети…

Однако зачем им понадобилось тащить за собой, в столь дальние, опасные поиски, родных и близких?

На сердце сделалось тоскливо – хоть вой.

– Ром, зачем вы все здесь?

– Чтобы учиться у тебя и дальше, о святейший, зачем же еще! Чтоб следовать твоим путем, куда он тебя ни поведет!

Остальные дружно поддержали сие заявление.

– Не зови меня так! – вскипел Ульдиссиан. – Никогда не зови!

Ром покаянно склонил голову.

– Прости меня, мастер Ульдиссиан! Да, я и позабыл!

– Выходит, – скрипнув зубами, продолжил Ульдиссиан, – вы снялись с места вместе с родными и близкими, чтобы последовать за мной? В своем ли вы уме?

Все, как один, закивали. Окинув взглядом толпу горожан, Ульдиссиан понял: его гнев ничуть их не обескуражил. Сомнений не оставалось: они совершенно повредились умом, только сами того не сознают.

Однако едва станет ясно, что больше он их ничему не научит, они наверняка образумятся… и вот тогда уж их гнев падет на его голову.

Тревоги о Мендельне не унимались, но вначале Ульдиссиану следовало разобраться с этой толпой.

– Ром, сколько вас здесь?

– Вокруг тебя, мастер Ульдиссиан, сейчас добрая четверть Парты, а остальные только и ждут вестей об успехе, чтобы за нами податься!

Тоска усилилась во сто крат, затуманила мысли. В полной растерянности Ульдиссиан развернулся к лагерю.

– За мной.

– Хоть на край света, – пробормотал Ром.

Немедля пожалев о неосторожности в выборе выражений, сын Диомеда зашагал прочь. За спиной раздалось шарканье множества ног, шелест травы и ветвей.

Приблизившись к краю поляны, Ульдиссиан увидел замершего в ожидании Ахилия – лук наготове, взгляд тверд, губы сурово поджаты. Стоило охотнику бросить взгляд за спину друга, на лице его отразилась целая гамма самых разнообразных чувств.

– Кого это ты там отыскал? Целое воинство?

– Партанцев… если не всех, то довольно многих.

Ахилий окинул взглядом новоприбывших.

– В Парте хоть кто-нибудь остался?

– Кое-кто – да, – отвечал Ульдиссиан оглядываясь вокруг. – Где Мендельн?

– Я думал, с тобой.

– Я видела, как он проснулся и поднялся, – подала голос Серентия, сидевшая у костра и тоже не сводившая с партанцев изумленного взгляда. – Только почти сразу же снова заснула.

Ответы оказались вовсе не теми, которые Ульдиссиан хотел бы услышать.

– Его слишком уж долго нет. Мне нужно вернуться в джунгли и отыскать его.

– Тогда отчего бы не отправить на поиски всю эту шайку? – прошептал лучник, склонившись к нему поближе. – Дело-то ясное: пришли они за тобой и, судя по восхищенным взглядам, в просьбе помочь с поисками брата тебе не откажут!

– И половина попадет в зубы местным зверям, а остальных, скорее всего, погубят несчастные случаи или какая-нибудь зараза! Они же совсем не знакомы с джунглями!

– Мы тоже, но ведь пришли же сюда.

Пока они спорили, крохотная стоянка все заполнялась и заполнялась народом. Теперь Ульдиссиан явственно видел и женщин, и детей, придвинувшихся поближе к единственному костру. Кое-кто из мужчин, пришедших с охапками хвороста, принялся раскладывать новые костры – для спутников.

Для спутников, численность коих неуклонно росла.

– Ты уверен, что это только часть горожан? – поинтересовался Ахилий.

– Пока что – да…

Тут Ульдиссиан заметил среди остальных Барту с сынишкой. Та, улыбнувшись, склонилась к малышу, указала в сторону Ульдиссиана. Мальчишка радостно замахал ему, и Ульдиссиан, не сдержавшись, махнул рукою в ответ, но на сердце у него сделалось еще тяжелее: ведь вся их вера была основана на обмане…

Взглянув на подошедшего Рома, Ульдиссиан вновь подивился его преображению. Куда только подевался тот мрачный, подозрительный тип, каким он увидел Рома впервые, издалека, на главной площади Парты?

– Позволь, мастер Ульдиссиан, я велю им взяться за приготовление пищи и места побольше расчистить?

– Еда при вас есть? – осведомился Ульдиссиан.