- Папа, - вбежала на кухню уже одетая в домашнее Настёна, - Леди хочет кушать!
Виктор медленно разжал пальцы, выпуская из захвата ладонь Никки, и поднялся с колен, потеплевшим взглядом посмотрел на парня и со смешком сказал:
- Ну ладно, вы тут без меня кормитесь и лечитесь, мне на прием пора.
Никита задумчиво проводил взглядом спину доктора, мечтательно улыбнулся и с трудом переключился на более прозаические мысли: кошка кошкой, но и ребенок у него тоже был голодный.
Глава 9
Чувство эйфории не покидало Никиту остаток дня. Даже ночью он прекрасно выспался, несмотря на то, что нога беспокоила и время от времени принимался пищать котенок. И утро было замечательным, даже солнечный лучик, проникший сквозь неплотно прикрытые шторы и коварно нашедший лицо парня на подушке, не испортил настроения – жизнь казалась прекрасной!
Утренние процедуры с котенком прошли удачно: Настёна двумя руками держала юную Леди, пока Никки промывал глазки из шприца и заталкивал в глаза крохи нужную мазь. Та была густая, требовала хранения в холодильнике и выдавливаться из тубы никак не хотела. Вчера у дока вышло гораздо сноровистей, но ударить лицом в грязь перед ребенком? Невозможно! Даже если для этого придется измазать всю мордочку котенка в этой дурацкой мази!
Завтракать кашей Настёна отказалась. Мысленно Никки был с ней солидарен, за то время, что они жили вместе, овсянки и манки изрядно надоели, поэтому идея испечь оладушки была встречена с энтузиазмом. К тому же скоро должна была закончиться смена у Виктора, и на всякий случай для теста была взята кастрюлька побольше. Никита не был уж таким превосходным кулинаром, народная молва скорее преувеличивала способности геев в этом плане, но готовил парень вполне сносно. Даже рецепт для оладушек был у него не простой, а французский – муку полагалось заваривать в горячем молоке, и от этого вкус становился необычным. Никки нравилось, а вот чести попробовать его фирменное блюдо еще никто не удостаивался: обычно встречи проходили на чужих территориях, и он утром или в ночи просто шел домой. Даже угостить чаем или кофе его, как правило, забывали.
Настёна завороженно следила за действиями дяди Никиты, а тот колдовал у плиты, поставив ногу на табуреточку – так было легче.
По идее оладушки надо было есть, чинно сидя за столом, когда все они уже готовы, но ребенок был явно голоден, поэтому Никки решил накормить ее сразу и долго умилялся картине: девочка, жмурясь от удовольствия, макала оладьи в варенье, а рядом на столе жадно лакала молоко из мисочки Леди. Идиллическая картина!
- М-м, а чем это так вкусно пахнет? – Виктор появился неожиданно. – Блинчики! – он сразу утащил с блюда, куда складывались готовые оладушки, парочку. – Вкусно!
- Ты бы руки помыл и за столом ел, - проворчал польщенный Никки.
Виктор оглянулся и недовольно произнес:
- А вот животным не место на столе, а руки чистые, я первым делом в ванную зашел.
- Покажи пальцем место, и мы с радостью ее туда определим, - ехидно произнес Никита, снимая со сковороды новую партию вкусняшек.
- В любом случае кошке нельзя лазить по столу, - стоял на своем доктор, - а вы приучаете.
Настроение, такое радужное с утра, почему-то стало стремительно портиться. Виктор продолжал таскать оладушки чуть ли не со сковороды, но это уже не радовало.
Никита знал, что после смены доктору нужно хоть немного поспать. Только вот просидеть несколько часов в крохотной кухне вместе с ребенком и котенком задача не из легких. Нужно же было чем-то занять обоих в тесном пространстве.
Плотно закрытая дверь в единственную комнату вызывала непонятное глухое раздражение.
Виктор, которого можно было бы назвать очаровательно-взъерошенным после сна, если бы не его недовольная физиономия, выполз на кухню изрядно после обеда. За это время Никки успел покормить котенка несколько раз. На столе. Принципиально. Заняться лепкой чего-то совершенно непонятного из муки с водой – пластилина у него как-то не водилось, посмотреть очередные штук пять серий про принцесс и обсудить прически и наряды сказочных героинь. Они бы, может, сходили погулять, но как назло погода испортилась и небо заволокло тучами, теперь за окном сеял мелкий противный совершенно осенний дождь.
Никита не понимал, как такое может быть. Вот вчера же, казалось, все наладилось! Что произошло сейчас? Виктор был снова далеким и отстраненным, а хотелось, чтобы снова взял ладонь, прижал к своему лицу. От воспоминаний о слегка колючей и от этого такой восхитительно-приятной щеке мужчины внутри что-то ёкало и возникало глухое томление. А еще губы покалывало как иголками… Целоваться хотелось до одури…
- Настя, пойдем отдыхать, - позвал он девочку и под удивленным взором так и не сказавшего ни слова Виктора ушел с ней в комнату. В конце концов, они тоже имеют право на отдых!
