– Нет, вот послушай, – голос его снова цвел от возможности развития новой идеи. А, собственно, чем еще занять себя человеку в питерский осенне-зимний пересменок. Морось как ржавчина съедает городской пейзаж. Ее холодная влага просачивается даже под кожу. Женская половина погружает свои рельефные тела в бесформенные пальто, а выражения лиц – в смесь промозглого сплина и меланхолии. Мужская половина пробавляется согревающим, но это мало сказывается на холодности их оценок. И даже блеск в глазах какого-то водянистого цвета.
– Так вот, послушай! – Снова пытался сказать Андрей.
– Пойдем уж сразу ко мне. – Перебил его я. – Ноги что-то болят.
– Пойдем. Пожрать только зацепим. – И мы зашли в подвернувшийся магазин, большой и изысканный, и с такими же ценами. Вначале Андрей являл образ рачительного хозяина. Долго выбирал и торговался с продавщицами. Задавал им их профессиональные вопросы, понимающе кивал, скрупулезно отсчитывал деньги. Потом сломался – купил всем девушкам за прилавком гостинцев – от шампанского до мороженого – высказал несколько грубоватых комплиментов. И мы вышли, провожаемые нежными взглядами: «Вот же мужик!» Мое участие в этом спектакле ограничивалось ролью почетного сумконосца. Итак? Итак, адьё, дамы. А господа?
Господа в двух лицах прошествовали в мою скромную комнату и вывалили продукты на свободный кусок стола. Распаковали все, что можно было потреблять без готовки и занялись кофе. Пока кофеварка шипела и пыхтела, производя изрядную дозу черной, ароматной жидкости, слова снова пошли гулять по комнате.
– Так ты послушай, – сказал Андрей. – Причем здесь Татищев? А вот: еще когда Геродот в первой половине V века до Рождества Христова прибыл учиться в Египет, жрецы подтвердили, что уже одиннадцать тысяч триста сорок лет на Земле не появлялся ни один Бог. Ни ОДИН, понимаешь. Но дело не в том вовсе. А вот. Тогда учет событий был поставлен на уровне. Даже отбросив эзотеризм. Просто блюли точность науки. И в истории тоже. Ограждали ее от посторонних и блюли. Но периоды развития культуры всегда, подчеркиваю, всегда сменяются периодами варварства. И от того, что было на самом деле, до нас докатываются только крохи. Эллины обманули потомков, оставив после себя лишь редкие памятники изумительной красоты. Может быть, еще и тонкости рассуждений, хотя они слишком созерцательны. На самом деле было там полно и идиотов, и колченогих уродин, и жрали они лук со своих грядок. И им воняли. Но это расцвет. А что потом? Все величайшие библиотеки – от египетских, включая Крит и Александрию, сгорели. Или – как Византийская через Ивана Грозного – канули в небытие. Можно ее найти? Вряд ли. За пятьсот лет любая бумага станет трухой. Тем более в каземате. Не суть! Есть еще глина Вавилона. Из нее все и лепят. Вот тут и возникает мысль о возможности временных провалов и несовпадений в мировой истории. Попробуй, совмести летописи. И окажется, что Ричард Плантагенет – «Львиное сердце» и князь Игорь жили в одно и то же время. Может это быть? Может! А может и не быть. И чем дальше вглубь, тем легче потерять пару-тройку веков. И Иисус, и Кришна, возможно, одного поля ягоды, если вообще не одно лицо. А пророк Мухаммед – один из его апостолов. Сколько угодно вариантов. Это господин Гумилев рассказывает историю Азии, как будто все было только вчера. А ведь мы даже историю последней революции знаем смутно. Не говоря уже о Татищеве. Он ведь реальными документами пользовался. А где они теперь? Я уже не говорю о том, что сколько зрителей, столько и версий. Может, и прав Фоменко? Что скажешь?
* Все ждали пятого Евангелия…
* Продолжай, пожалуйста.
* Когда смотришь изнутри времени, – пытался собрать я нечто осмысленное,– история оказывается вывернутой наизнанку. И мы вместо ее пестрого и взаимообусловленного ковра видим лишь беспорядочные узелки, связки и разрывы. Но мне кажется, что если сопоставить все разом – техника лет через несколько это позволит – дыры будут не слишком велики.
*
Не уверен. Как сказал бы Тьери: «Легенда – это живое придание, всегда более действительное, чем то, что мы называем историей». Но все дело в том, что история и сохранила свою сущность, именно став этой легендой. И все время идут повторения. Асгарт – Шамбала – Китеж. Земля обетованная и Беловодье. Еще – Заратустра во всех своих воплощениях. Вместе с ним Отцы всех религий. Потом пресвитер Иоанн – глава великого государства несторианцев на Востоке, которому все темные столетия европейские государи слали послов, и который в конечном счете слился с Чингиз-ханом, взявшим в 1244 году Иерусалим. А Грааль? – Андрей опять увлекся собственной осведомленностью. – Сколько историй, начиная с рыцарей короля Артура и катаров с их Монсегюром и кончая Индианой Джонсом. А что он вообще такое? Блюдо, чаша, в которую Иосиф Аримафейский кровь Господню принял, камень небесный или, как теперь некоторые сомневаются: «Не семя ли это Христово, принятое Магдалиной?» А?
* Сколько я знаю, Грааль – камешек из венца Люцифера – Светоносного нашего черта. Не даром за ним так охотились ребята из
SS
.
