- Ну да, ты прав, - грустно улыбается Саша. – Дина и Таня ждут, что я привезу им сувениры.
- Обязательно привезёшь. Прямо завтра поедем в город и выберешь для своих подружек красивые презенты. И себе, конечно же.
- Хорошо.
- И знаешь что, Саш, мы сюда ещё прилетим. Поверь мне, это не в последний раз.
Дочь укладывается на бок и тяжело вздыхает.
- А можно ещё одну сказку, пап? Последнюю.
Её «пап» цепляет меня за живое. Где-то из недр моей не совсем святой души вьёт что-то настоящее и непритворное.
Мне кажется, если бы Саша просила ещё и ещё, при этом каждый раз повторяя слово «папа», я мог бы читать ей сказки о принцессах до бесконечности.
Где-то на середине очередной истории о лягушке Саша засыпает. Откладываю книгу на прикроватную тумбу, гашу ночник и выхожу из спальни.
На кухне нет никого. Я думаю о том, что Соня ушла к себе в комнату, но неожиданно слышу тихий и едва уловимый шорох на веранде. Она всё ещё не спит.
Открываю дверь, выхожу на улицу, где с моря дует порывистый ветер, и замечаю в руках у Сони бокал вина.
- Не помешаю?
Она отрывает свой взгляд от экрана телефона, шумно втягивает носом воздух и смотрит на меня заплаканными глазами.
- Не помешаешь, присядь.
Соня.
Амир идёт укладывать Сашку, предоставляя мне время для себя. Если так пойдет и дальше, он вполне сможет управляться с ней без меня. Правда, Сабитов ещё не знает, как лечить дочь в случае простуды и то, что ей никогда не помогал парацетамол.
Зачем-то достаю из бара бутылку вина, беру бокал на тонкой ножке и выхожу на веранду, забираясь с ногами на плетёный диванчик с мягкими подушками. Не знаю, зачем я пью ещё раз, ведь в ресторане уже позволила себе бокал сухого красного.
Наполнив его наполовину, делаю глоток и прикрываю глаза, вдыхая солёный воздух, доносящийся со стороны моря. Обожаю сидеть на этой веранде. Больше всего на свете мне нравится находиться здесь на рассвете.
Через два дня мы возвращаемся домой, и я могу от души сказать, что буду скучать по этому райскому месту.
Телефон на моих коленях вдруг оживает. Миша. Я уже не надеялась на то, что он перезвонит. Сколько он увидел пропущенных, прежде чем набрал мой номер? Сотню? Две?
Первые дни отдыха всё было нормально, мы созванивались с ним минимум три раза ко дню, а потом он резко пропал. Перестал брать трубку. От волнения я едва не сгрызла ногти до крови, пока не додумалась позвонить его младшему брату – Пашке. У меня каким-то чудом остался его номер в телефонной книге. Паша тут же ответил на мой звонок и сказал, что с Мишей всё хорошо, он разговаривал с ним буквально два часа назад. Это от меня он не брал трубку, а с другими мог говорить…
- Алло.
- Не занята? – спрашивает Миша.
- Нет. Чем я могу быть занята?
Мне не хочется с ним ругаться. По крайней мере не сейчас, когда я в другой стране. Терпеть не могу выяснять отношения по телефону. Это как-то неправильно, что ли… Лучше, когда глаза в глаза, тогда и эмоции понять можно и чувства, которые испытывает по отношению к тебе собеседник.
Ёжусь от сильного порыва ветра, потому что сижу в одном шёлковом платье на тонких бретелях. Нужно вытащить сюда плед, чтобы было уютно и не так холодно.
- Например, ты можешь проводить вечера и ночи с отцом Саши, - произносит Миша.
Я убираю трубку от уха, внимательно всматриваюсь в экран и… не понимаю, что, чёрт возьми, происходит. Номер точно его. Да и голос тоже. Только какой-то невыразительный и тягучий.
- Ты сейчас шутишь?
- Нет, я не шучу, София. Говорю то, что давно думаю, - отвечает он.
- Ты выпил?
- Да, - даже не пытается мне врать. – Мы сегодня с подчинёнными зашли после рабочей смены в бар. Заказали поесть и выпить. Сегодня ровно два года, как открылся супермаркет на Цветном бульваре.
- Поздравляю тебя.
- Спасибо, - усмехается Миша. – Один из управляющих супермаркета спросил, где моя невеста сейчас? Почему её давно не видно? А я знаешь, что ответил?
- Нет, не знаю, - отвечаю беззвучно.
- А ничего, Софи. Стыдно мне говорить, что моя невеста укатила отдыхать с другим. Стыдно и тошно, что вообще позволил такому случиться.
Я шумно вздыхаю и замолкаю. Давно задремавшая совесть вдруг начинает пробуждаться и грызть с новой силой, раздирая внутренности до крови. Это я допустила такую идиотскую ситуацию. А Миша… он выпил и говорит то, что на самом деле думает. Его прорвало после долгого времени молчания и смирения, а я-то думала, что он вошёл в моё непростое положение и таким образом поддерживал. Ничерта он не поддерживал, оказывается, просто молчал и копил недовольство в себе. Но разве с таким как Амир легко справиться обычному мужчине?
- Ну что ты молчишь, а? – спрашивает Миша с надрывом в голосе. – Скажи хотя бы что-нибудь, София! Скажи, что не спишь с ним как последняя шлюха?!
- Прекрати! Пожалуйста…
- Отец Саши так плотно вписался в нашу жизнь, что я теперь не знаю, осталось ли там для меня ещё место?
На другом конце провода слышится его тихий смех, который прекращается так же резко, как и начался.
- Ладно, мне пора, - произносит мой жених. - Ждут уже. Ты отдыхай там, Соня.
