Встала, оторвала от рубашки кусок ткани и намочила его водой. Приложила на лоб эльфу, тот никак не прореагировал. Я задумалась: ушастого однозначно следовало согреть, но костер мне было запрещено разжигать, пока не встанет солнце. И если небосвод уже давно окрасился розовым, этого самого солнца я не наблюдала. А зная эльфа, его слова вполне можно было воспринимать буквально. Раз солнца нет на небе, то никакой магии, а опытом высечения искры путем кремня и кресала, я не обладала. Следовательно, будем согревать ушастого тем, что есть. А в наличии имелось только я.
Еще раз с надеждой посмотрела на небо, но солнце и не думало там появляться. Судорожно вспомнила все то, что когда-то слышала или читала о подобных случаях. И по всему выходило, согревать мне эльфа собственным телом, причем лучше всего раздеться, чтобы увеличить площадь соприкосновения. Конечно, был бы Элизар поменьше, смогла бы натянуть на него собственную одежду, благо, она почти высохла, но боюсь, эльфу моя рубашка только на половину тела хватит.
Искренне надеясь, что огонь в крови поможет мне, пару раз вздохнула, решаясь на безумный для меня поступок.
Забрала со лба эльфа кусок рубашки, заново его намочила и приложила обратно. Выругалась тихо, понимая, что из белья на мне только одна часть из комплекта, одевающаяся снизу, но платье не подразумевало первой, а все остальное брошено в лесу. На мгновение застыла, но потом все же скинула свою рубашку и легла рядом с Элизаром. Пропорции совсем не совпадали, в тот момент мне показалось, что ушастый просто огромен и задумка - безумная, но то, как он потянулся за теплом моего тела, сказало многое. Обняла его со спины и прижалась так плотно, как смогла, используя одежду вместо одеяла. Да, влажная ткань - не лучший вариант, но лучше, чем ничего, и к тому же, она почти высохла.
Надо сказать, что на какой-то момент мне стало жутко стыдно. Все же Элизар, несмотря на уши - мужчина, причем абсолютно мне чужой, а вдалбливаемые в голову с детства установки, вроде тех "умри, но береги честь смолоду", мешали конкретно так. Не то, чтобы меня это напрягало сильно, но и легче жизнь с такими правилами не становилась. Но тут было не до скромности и дико алеющего лица, вопрос касался жизни, не побоюсь этого слова, так что изображать из себя деву, падающую в обморок от пролетающего жука, не в месту. Но как же стыдно!
Когда я решилась на обогрев эльфа таким образом, то конечно рассчитывала, что успею одеться до того, как он очнется. Наивная, как же мало я знала о привычках мужчин.
***
План сработал. Я поняла это, когда его тело начало согреваться и еще сильнее прижалась к нему, добровольно отдавая свое тепло и искренне желая, чтобы эльф пришел в себя. Не знаю, чем руководствовалась, нежеланием и страхом остаться одной или внутренней добротой и некоторой жалостью к этому огромному, крайне высокомерному и заносчивому ушастику. Факт оставался фактом, выбранный мною способ принес плоды, вот только я упустила из внимания тот факт, что согревая эльфа, замерзла сама.
И хотя солнца, все еще не было, я искренне надеялась, что совсем скоро можно будет разжечь костер и перестать изображать из себя грелку. Вот только от неожиданного холода, меня жутко клонило в сон и совсем не хотелось подниматься. Желание закрыть глаза усиливалось и в какой-то момент - я задремала.
Силы появились у эльфа крайне внезапно. Он очнулся, одновременно разбудив и меня, как только лучи солнца заскользили по земле, и с наслаждением потянулся. Потом повернулся, обдав меня запахом мяты и не открывая глаз, сграбастал в объятия. И не могу сказать, что мне это понравилось, скорее разозлило.
Взглянула на небо, солнце еще наполовину скрыто горизонтом. Поэтому я сжала зубы и попыталась выбраться из кольца рук ушастого не используя магию, но ему мои попытки были, что мертвому припарка, а раздавшийся немного позднее громкий храп убедил в том, что чувствует он себя превосходно. Вот и делай потом всяким лопоухим добро, мрачно размышляла я, стараясь, хотя бы, принять более удобное положение. Но практически погребенная под весьма тяжелым телом эльфа, это давалось мне нелегко. Я сетовала на то, что замерзла? Теперь мне стало весьма жарко. Даже дышать было тяжело, и я готова была немного потерпеть и смириться с таким положением дел, но только до того момента, как руки эльфа покинули мою спину и переместились на ягодицы. Я замерла от возмущения, прорвавшегося волной, когда эти самые руки слегка сжали мои нижние девяносто, а потом одна из них скользнула на верхний размер.
Я уперлась руками эльфу в грудь, мешая ему безнаказанно лапать меня, а заодно попыталась отстраниться, чтобы избавиться и от массажа "пятой точки".
Первым желанием стало заорать ему на ухо, чтобы отпустил, но помня о словах Элизара насчет хищников - остереглась, а самый громкий мой шепот он не воспринимал.
Ушастый недовольно засопел, притягивая меня к себе сильнее, а я окончательно разозлилась. Не понимаешь по-хорошему? Поймешь по-плохому.
