– Не лезь в бутылку! Меня совершенно другое интересует. Шушун говорил, что монголы испугались моего замазанного сажей лица.
– А, вот ты о чем! Было такое дело. Я с сотней корабелов заходил с тыла, чтобы люд не разбежался и коней не увел.
– Жаль, мне не очень-то верится в слова Шушуна, хотел твое мнение узнать.
– Тебя не видел, но на этот раз бегущие из стойбища люди действительно выглядели очень испуганными.
– Ты и в Сарай-Бату заходил сзади?
– Разумеется, кто-то должен думать о тактике. А мысль о боевой раскраске очень интересная. Подумай на досуге.
– Предлагаешь разрисоваться по типу американских индейцев?
– В Африке негры более изобретательны, некоторые племена вообще размалеваны под скелетов или духов.
– Ладно, веди к своему китайцу.
Ограбленные торговцы сидели в тени вишневых деревьев за общим длинным столом. При виде Норманна почтительно встали и низко поклонились. А торговля-то идет бойко, прошел всего месяц – и ни одного знакомого лица. Надо будет взять на заметку.
– Господин Ли Си-Джи ищет себе покровителя, – заговорил переводчик, – и хочет убедиться в правильности своего выбора.
– Для начала я хочу убедиться, что мне нужен этот человек, – ответил Норманн.
– Он обладает неведомыми вам знаниями! – высокомерно заявил старший из китайцев.
– Например?
– Знает секрет выплавки железа.
– Триста лет назад за эти слова император отрубил бы вам голову, – усмехнулся Норманн. – Посмотри! – И положил на стол меч.
Это было сделано со скрытым умыслом: китайцы не представились, и он хотел определить среди них просителя. Однако облом – меч осматривали сообща, а вердикт вынес старший:
– Хорошая работа, но у тебя обычное трехслойное железо.
– Ошибаешься, уважаемый, это сплав трех металлов.
– Он умеет находить золото, серебро и драгоценные камни.
– У меня есть такой человек, а золота и серебра в моих землях нет, – равнодушно ответил Норманн.
– Он умеет приготавливать целебные настойки! – не сдавался старший.
– И не знает наших трав.
– Он знает состав взрывающегося порошка!
– Сера, селитра и уголь. Кстати, он умеет выжигать каменный уголь?
– Нет, – растерянно произнес широкоплечий крепыш, более похожий на штангиста.
– Ты сможешь составить таблицу склонения Солнца?
– Я не знаю. Зачем тебе это?
– Как сейчас моряки определяют свое место в океане?
– Если с севера на юг, то по высоте Полярной звезды.
– Вот и ответ на твой вопрос. Я знаю все ваши секреты, а господин Ли Си-Джи будет учить моих детей.
– Я хочу заниматься алхимией и медициной.
– Пожалуйста, заодно многому научишься у моих ученых.
– Почему ты так уверен в своем превосходстве над нашей наукой? Китай на многие столетия опередил европейские страны.
– Как сказал Конфуций, «из хорошего железа не делают гвоздей». Я должен убедиться в твоих достоинствах.
Китайцы никак не ожидали услышать слова Конфуция здесь, в далекой степи, где живут даже не варвары, а дикари. Норманн никогда не увлекался никакими учениями, в том числе и конфуцианством. Просто кто-то написал маркером эти слова на двери в цех проката броневого листа, а мастер любил попрекнуть нерадивых, тыкая пальцем в надпись и напоминая о том, что на дворе уже двадцать первый век.
– Ты сможешь нам объяснить путь до твоего города? – спросил старший.
– Зачем это вам?
– Возможно, в следующем году один из купцов навестит нашего друга.
Что-то подобное Норманн и ожидал, поэтому сразу достал карту Каспийского моря и Волги. Аккуратно расстелил на столе и указал на Белозерск.
– От этого места меня знают все, любой укажет дорогу в мой город.
– Ты можешь нарисовать дальнейший маршрут? Примерно, без деталей.
– Пожалуйста.
Норманн достал из-за пояса кинжал и быстро начертил на земле Онежское озеро, Белое и Балтийское моря, затем Скандинавский полуостров.
– Здесь мой город! – И ткнул ножом в предполагаемое место Тронхейма.
– Что дальше на заходе солнца?
Улыбнувшись, дорисовал Исландию, немного подумал и добавил восточное побережье Америки.
– А дальше?
Повеселимся? Почему нет! Сдерживая смех, добавил западное побережье с Аляской, затем Камчатку, Курилы, Японию с Кореей, Желтое море и дальше на юг. Они поняли рисунок после того, как он обозначил черточкой реку и сказал:
– Это Янцзы, а здесь Шанхай.
– Нельзя! – воскликнул старший и принялся тщательно затирать сандалиями нацарапанную на земле карту.
Китайский ученый Норманну очень нужен, самая лучшая кандидатура на место преподавателя в планируемой академии. Он человек этого времени и должен органично вписаться в новгородскую жизнь. Что ни говори, а притворство и обман сильно сковывают человека, искренние поступки значительно облегчают жизнь.
