Но чуда не произошло: Ожега увернулась от молниеносного выпада и запрыгнула на красную шипастую холку. Василиск взревел, пытаясь снять её с себя, и забил хвостом. Всё же магические Звери сами по себе людскую речь не разумеют. Это в слиянии сознаний происходит понимание как зверей, так и людов. А значит… Ей надо начать говорить с ним на одном языке.
Ожега обернулась и, пользуясь своим расположением почти под потолком, разломала крышу, чтобы дать им возможность выбраться из замкнутого пространства. К тому же холод мог успокоить василиска чисто физически, заставляя его тратить больше энергии на согрев. Именно поэтому многие местные оборотни неохотно используют оборот в такое время года, а то и вовсе впадают в спячку на месяц как раз после Коляды.
Задними ногами она вцепилась в толстое тело, стараясь, впрочем, не впиваться когтями, и рванула вверх, одновременно создавая портал в вышине, с неё и швырнула довольно тяжёлого василиска за пределы деревни. Тот изогнулся в воздухе, но всё же не упал, а, продолжая извиваться, летел, одновременно работая своими небольшими крыльями. Походило на какое-то затейливое воздушное ползание, и физика точно курила где-то в сторонке. Но Ожега видела, что в воздухе василиску не особо комфортно и изяществом и стремительностью полёта тот не обладал. Либо пока не умел, либо просто аспиды предпочитали какие-нибудь короткие перелёты между горами или для охоты и не стремились стать в полном смысле «королями неба».
И всё же василиск догонял, так что Ожега торопилась разорвать с ним дистанцию. Плюс увести бесконтрольного Зверя подальше от людей и людов.
План «А» — «пришла, увидела и победила» — не сработал. Значит, план «Б».
Убедившись, что они отлетели прилично, Ожега приземлилась на крупный камень. Василиск тоже покружил на одном месте и плюхнулся в снег неподалёку, раскрывая свой гребень, который на ярком солнце заискрился. Это было даже красиво, тем более что василиск как будто исполнил короткий танец, поднимая и опуская гребень и поворачиваясь к ней то одним боком, то другим, постукивая мощным телом так, что вытоптал целую поляну в снегу до земли. Но пока что не нападал.
Василиск развернулся к ней, словно и правда как-то себя показывал, повёл головой из стороны в сторону, высунул змеиный язык, анализируя запахи, и продолжая приподнимать свой гребень в гипнотическом ритме.
Внутри Ожеги заинтересованно дёрнулась Змеевна, но она подавила эти шевеления, полагая, что в нынешней ситуации это несвоевременно.
Точней, Ожега подумала, что василиск атаковал, но на самом деле она просто оказалась в мощных тисках длинного угольно-чёрного тела с красным гребнем. Кольцами, как она ожидала, не сдавило, а морды коснулся длинный язык. Удивлённая таким необычным поведением, Ожега смогла вырваться и отлететь на безопасное расстояние, заодно и ориентируясь в пространстве. Они оказались не так далеко от форта, где останавливались с группой летом. Там внутри точно имелось всё нужное на первое время. А самое главное, сейчас там никого не было.
Рядом раздался странный шипящий звук. Ей ещё не доводилось слышать смех зверя. Кажется, василиску нравилась такая «игра». Короткими перелётами она заманивала василиска за собой в сторону форта, и тот следовал за ней по земле, периодически устраивая свои «танцы» с гребнем. Василиск не уступал ей в манёвренности и точно превосходил в мощи и дальнобойности. При этом даже не пытаясь использовать свой взгляд или яд и, по правде, даже и не нападая всерьёз. Ожега бы, конечно, могла использовать перемещение, чтобы сбежать, но магия на такое расходуется гораздо быстрей, чем в людском теле.
Василиск был мощным, крупным, свёрнутое кольцами тело вполне могло посоревноваться в толщине с шеей одной из голов Ящера. И в другое время Ожега оказалась бы рада такому спарринг-партнёру, но сейчас она слишком волновалась за Яровзора.
