И всё же по-честному ей с оборотнями было не тягаться, особенно с высшими магическими. Да даже с Добрынкой, которая «типа лебёдушка»! Всего лишь сирина… А бьёт так, что костей можно не собрать. Все оборотни физически куда сильнее обычного человека и даже кудесника. Так что пришлось применить хитрость. Всё же Юля проучилась полный курс целительства и алхимии. Были в тех курсах и зелья, укрепляющие тело, для увеличения силы, ловкости, скорости. По большей части всех их объединяло одно: способность обогащать организм магией, которой с оборотнем делится его Зверь. Но даже под зельями Юля не сказать, что легко сдала первую ступень военного дела. Благо тестов на допинги в Беловодье не знали. А Прут Буреславович сделал вид, что всё так и задумано.
За всеми этими тренировками и превозмоганиями седьмой курс пролетел как-то слишком быстро. Неожиданно и буднично наступил следующий Перунов день: день, на который подруги назначили свою битву за свободу и независимость от Ящера.
Водную тропу до нужного озера им обеспечила Радомилла, но сама с ними не пошла. Небось трусила расстроить папеньку, который уже один раз её слопал.
— Ты ещё можешь передумать и остаться, — обернувшись, заглянула Юле в глаза Ожега, которая замыкала маленькое шествие.
— Пойду с вами, — качнула головой Юля, кивая Братиславу, который должен был остаться в их форте и послужить маяком для её амулета перемещения на крайний случай.
Переход по тропе напомнил их поход к Финскому заливу в прошлом в Питере. Туман. Несколько шагов, и вот они оказываются в незнакомом месте на берегу горного озера. Здесь их уже ждал Гаральт, который, нервничая, расхаживал по берегу.
Юля не хотела, чтобы суженый вмешивался, но тот настоял, что должен за ней присматривать.
— Отходите, — рублено скомандовала им Ожега, и Гаральт взял чуть оторопевшую Юлю за руку и переместил их на, видимо, заранее оборудованную площадку.
— Не слишком далеко? — спросила Юля, глядя вниз со скалы. Девчонки казались совсем маленькими, не совсем муравьишки, но до них точно было больше двухсот-трёхсот метров.
— В самый раз. Я видел их оборот, — сильная ладонь грела и придавала уверенности, что так или иначе у них всё получится.
Подруги со своими сужеными приблизились к озеру. Издали было плохо видно, но, кажется, Оляна, Озара и Ожега наклонились к воде, чтобы окунуть в неё руки с этими их брачными браслетами. В озере знакомо вспенилась вода.
— Идёт… — прошептала Юля. Голос моментально осип, и она откашлялась, сосредотачиваясь на том, что происходит.
Трёхголовому появившемуся гиганту озеро было словно лужа. До них дошёл победный рёв, отражённый от скал. Сердце заколотилось от ужаса и предвкушения.
— Давайте, девчонки, наподдайте ему! — азартно прошептала Юля, рефлекторно хватая амулет перемещения, висящий на груди.
Оляна смотрела на выходящего из пучин Ящера, и перед глазами мелькала нет, не вся жизнь, а её последний год. «Чудесные» гребни, которые им так щедро отдала наложница их жениха, оказались с подвохом, запрещая использование водной магии. И Оляна всё же пошла на поклон к Радомилле, потому что единственным выходом для них было её посестринство с бывшей Кикиморой, чтобы получить «иммунитет» от блокировки способностей.
Страх, что они так потеряют большую часть своих общих сил, и основной план не сработает, оказался сильней неприятия. Оляна нисколько не покривила душой, когда говорила о том, что предпочтёт породниться с Радомиллой, чем станет её мачехой и выйдет замуж за Ящера.
Впрочем, когда, пересилив себя, Оляна подошла с этой просьбой к Радомилле, та отказала в посестринстве, явно желая, чтобы её поуговаривали, так как высказала Оляне всё, что наболело:
— Ах, теперь-то я вам понадобилась, да? А помнишь, сколько лет ты нос от меня воротила и давала от ворот поворот? Сколько я за вами бегала? Да вы с сёстрами вообще не понимаете, когда с вами по-людски. Княжна Ожега сразу драться лезет да угрозами сыплет. Княжна Озара хоть и стала посестрой моей, а сквозь зубы слова цедит. Не рада она, видите ли. Невместно ей со мной общаться. И как тебя прижало, так ты и прибежала, да? А всё потому, что кто-то самым умным себя посчитал, да поперёк полез. Вот теперь и расхлёбывайте. И на вас управа сыскалась. Не вы мне нужны, я вам. Так постарайтесь уважить! А то лишь со всякими калечными дружбу водите, я вам, видите ли, не подхожу отчего-то. А теперь что? Чья взяла, а? Поможет тебе твоя Юлка калечная с водой управляться? Нет! Не поможет!
— Вообще-то ты сама говорила, что в твоих интересах нам помочь с отцом твоим справиться, — выслушав этот всё на свете собравший спич, сказала Оляна, одновременно прислушиваясь к своему Дару, что резонировал от Радомиллы какой-то детской обидой. — Ради матери и твоего Рода…
Радомилла, впрочем, на справедливое замечание только ногой топнула и, взмахнув в развороте косой, убежала в комнату.
