Саран даже протянула руку, чтобы схватить Кирилла за рукав и остановить, но в последний момент передумала. Вспомнились недавние сомнения, и какой-то противный червячок, с самого утра точивший подсознание, шепнул: а может, и не стоит ему возвращаться? К нему присоединился эгоизм: Кирилл едет за лекарством для тебя, зачем его останавливать? И Саран смолчала. Дошла с Кириллом до ворот, обняла на прощание, а потом тихо смотрела, как он садится в машину и уезжает. Затем медленно шла обратно к санаторию и все гадала: ей грустно, потому что она не остановила Кирилла? Или потому что на самом деле не хотела останавливать?
В холле ее снова встретила француженка. На этот раз она стояла, скрестив руки на груди и нетерпеливо постукивая носком туфли по полу. Саран только теперь заметила, что на женщине были именно туфли — замшевые, коричневые, на высоком каблуке. С розовым костюмом они смотрелись совершенно по-идиотски, и это немного подняло Саран настроение. В конце концов, если у ведьмы совершенно нет вкуса, она не может быть особенно страшной. Ведь всем известно, что настоящие злодейки всегда одеваются с иголочки. Наверное, что-то подобное мог бы сказать Кирилл, если бы был здесь.
— Viens, je vais te montrer ta chambre.
И Саран снова увели прочь от столовой. На этот раз подниматься пришлось на самый последний, четвертый этаж. По дороге они встретили только одну девушку, почти подростка. Она несла вазочку с виноградом и крайне аппетитно им похрустывала. Саран уже несколько лет не выпадало шанса попрактиковаться во французском, и, чтобы составить сложное предложение, ушло больше минуты. Нужно было придумать что-то вроде незабвенного “же не манж па сис жур”, только менее жалостливое. Это на время отвлекло ее от мыслей о Кирилле. Но лишь усилило голод.
Комната, в которую женщина привела Саран, была рассчитана на двоих, но на первый взгляд казалась необитаемой. Хотелось верить, что в санатории достаточно номеров, и ни с кем жилплощадь делить не придется. Хотя, какое это имеет значение? Саран не планировала задерживаться.
— Puis-je appeler? — спросила она, заметив на столике у окна телефон. Пожалуй, еда подождет.
Женщина кивнула. Наверное, по тому, с каким трудом Саран выговаривала слова, она поняла, что лучше не напрягать бедняжку, и перешла на жесты. Рядом с телефоном лежала инструкция на русском: как звонить в город, какой номер набирать, если нужно связаться с дежурным администратором и так далее. Ничего сложного. Вспомнить бы только номер… Саран поблагодарила француженку, и та ушла.
Чтобы хоть как-то заглушить голод, Саран пошла в ванную и выпила три стакана воды. Это немного помогло. Живот уже не бурчал, а только довольно побулькивал. Более внимательный осмотр комнаты подарил Саран пачку крекеров — на подоконнике за занавесками лежало что-то вроде сухого пайка. Запечатанные полоски вяленой говядины она решила оставить на потом, а вот печенье пришлось очень кстати. Жизнь заиграла новыми красками, и за телефон Саран взялась в приподнятом настроении.
Телефон Даши ей удалось правильно набрать со второй попытки. К счастью, та была дома и даже знала про перестрелку в “штабе”.
— Так и думала: твоя работа, — воскликнула она, когда Саран упомянула события прошлой ночи. — Сегодня вся Москва на ушах стоит.
— И в честь чего кипиш?
— Ищут сбежавшую лису, представь себе. Я как чувствовала, что о тебе речь, все утро от телефона не отходила. Где ты?
— У Татии.
Даша тихонько присвистнула.
— А вообще молодец, правильно сообразила. Татия все еще в «Октябрьском», да? Это хорошо, из области тебя вывезти будет проще, чем из города. Часа через два можешь ждать машину.
— Подожди! — воскликнула Саран, опасаясь, что Даша вот-вот повесит трубку. — Не все так просто. Я даже не знаю, куда мне ехать!
— У тебя есть друзья за пределами Москвы? Связи?
— Как насчет Овелио? Пхатти станет меня искать… и не только он…
— Ты хочешь воспользоваться правом убежища? — догадалась Даша.
— У меня есть другие варианты?
— Наверное, нет. Но… — трубка слегка потрескивала, Саран напряженно вслушивалась в затянувшуюся паузу. — Боюсь, что сейчас не самое лучшее время, — Даше было неудобно отказывать, она словно оправдывалась. — Овелио планирует захватить город, но это должно случиться лишь через пару лет, еще не все готово. Не думаю, чтобы он согласился выступить против ставленника Даатона прямо сейчас.
— Понятно, — Саран постаралась не показать, насколько ее разочаровал ответ. — Поспрашиваю у других.
Но других не было. Она на секунду сжала зубы, чтобы ничем — ни вздохом, ни неосторожным словом — не выдать себя. Кирилл должен был что-нибудь придумать. У него имелись запасные варианты. Не все потеряно.
— Если я могу тебе хоть как-то помочь… — предложила Даша.
— У тебя есть связи среди наемников? Может, какие-то знакомые охотники?
— Разумеется. Чего ты хочешь?
Судя по деловому тону, Даше и самой не терпелось сменить тему. Только как попросить помощи, не раскрывая всего?
— У Луиджи Эргенте ведь должны быть враги?
