Значит, выхода два: либо распрощаться с человеческим телом, либо забыть про дверь и искать другие способы. Паук поднял переднюю правую лапку, словно почуял неладное. Или ему просто надоело ждать. Саран поудобнее схватилась за покрывало. Накинуть, шаг в сторону, схватить стул, шаг вперед, опустить на паука стул — хорошо бы проткнуть ножкой. Если не получится, просто зажать, не давая высвободиться из-под покрывала. Навалить сверху одежду, полотенца, матрас, выиграть несколько лишних секунд и финальным аккордом опрокинуть на паука шкаф. Он пустой и должен быть относительно легким.
Вот только действовать надо быстро и четко. Накинуть покрывало, шаг в сторону, схватить стул… Саран мысленно повторила последовательность. Паук ждал, но вот уже вторая лапка поднялась в воздух, затем третья. Отвратительное существо вставало на дыбы, демонстрируя черное мохнатое пузо. Не нужно было быть зоологом, чтобы понять: паук готовился атаковать. Саран не выдержала и напала первой. Покрывало упало на поднятые лапки, лишь наполовину укрыв паука. Шаг в сторону. Матрас прогибается, нога скользит… Саран выпрямилась, хоть и больно ударилась косточкой о раму кровати. Стул. Паук попятился, стряхивая с себя покрывало. Проткнуть его ножкой не получилось, к тому же упавший стул окончательно сбросил покрывало на пол.
К этому моменту Саран кричала уже в полный голос. Что там было после стула? Полотенца? Матрас? Стащить его с кровати одним рывком не получилось. Драгоценное время было упущено. Когда Саран ухватилась за дальнюю сторону матраса и потянула на себя, ее ноги коснулась острая, как бритвенное лезвие, хелицера. Порез был небольшим, но уже через мгновение его словно солью присыпало. Острая боль пронзила до самого колена, снизу вверх прокатилась жаркая волна, Саран не устояла и рухнула на лежавшую на полу кучу одежды. Ударилась виском о спинку кровати, увидела прямо перед собой затянутые молочной пленкой глаза и подавилась криком.
Отвращения и брезгливости не осталось, один лишь страх. Саран выбросила вперед руку и мазнула ногтями по щетинистой морде. В последний момент паук снова вскинул лапы, выгнулся и прыснул ядом прямо в лицо Саран. Но ее рука тоже достигла цели. Ослепшая, задыхающаяся, Саран сжала пальцы, ломая хитин и сминая членистое тело. Глаза жгло, слизистые быстро отекали, кричать она уже не могла, однако сжала руку в последней попытке уничтожить чудовище. Сильнее. Еще раз. Ногти Саран впились в ладонь. Рука упала на пол. И, прежде чем потерять сознание от боли и удушья, Саран поняла, что паук исчез. Просто растворился в воздухе.
Саран очнулась, но открыть глаза не могла — из-за соли слиплись ресницы. Нос заложило, и дышать приходилось через рот. Дышать неглубоко и осторожно, потому что сорванное криком горло также саднило. Когда паук исчез, Саран думала, что все закончилось. Но нет. Неизвестный шаман мог напустить на нее весьма правдоподобную иллюзию, но когда она спала или была в обмороке, он становился поистине всемогущим и безжалостным.
И на этот раз Луиджи в ее видении был по-настоящему жесток. И изобретателен. Не было подвески, которая, раскалившись и оплавив сумку, заставила бы Саран очнуться. Не было Кирилла, который, услышав ее крик, мог встряхнуть и вернуть в реальность. Саран и сама не понимала, как ей удалось вырваться из кошмара. Но она вырвалась и теперь, слепая и оглохшая, лежала на полу, осторожно дышала и пыталась примириться с мыслью, что это снова было всего лишь сном.
Она потерла пальцами уголки глаз и наконец разлепила веки. Еще раз убедилась, что пальцы не сломаны, ладони не покрывают ожоги, да и ногти на месте. Потом сунула руку между ног и провела пальцем по промежности. Боли не было. Крови — тоже. Саран всхлипнула и, цепляясь за кровать, села. Дышать сразу стало легче. Вокруг царил хаос. Разбросанная одежда, перевернутый стул, сползший на пол матрас, сдвинутая, стоящая криво посреди комнаты кровать. Да и сама Саран наверняка была не лучше. Она не успела ни одеться после душа, ни причесаться. Волосы высохли и спутались, ушибленный висок неприятно пульсировал, но кожа не была рассечена.
Волосы высохли. Обычно на это уходило не меньше двух часов. Если феном не пользоваться, конечно. Саран подняла взгляд на окно. Солнце еще стояло высоко, но заметно сместилось с тех пор, как она видела его в последний раз. Может, и правда два часа. Неописуемо жутких два часа. Но теперь нельзя терять ни минуты. Саран собрала раскиданную одежду и принялась одеваться.
Очевидно, шаману не требовалась подвеска, чтобы отыскать ее. И, возможно, не только ее. Что-то случилось. Саран знала это и была уверена, что Кирилла ждать бесполезно. Кеута всегда называла его пауком. Она боялась и нередко предостерегала Саран. Это не могло быть совпадением. Скорее всего не по своей воле, но паук все-таки напал на нее. Саран помнила, как ломалось под пальцами покрытое щетинками тело. Она убила его. Своими же руками. Предчувствие не обмануло, Кирилл не вернется.
