Так или иначе, но с датами немного прояснилось. Это было примерно за неделю до того, как в Ривертауне пропала маленькая девочка и... как вы помните, - я прихлопнул парня с очками-консервами на котелке.
- Чёрт побери... - поморщился я и полез в карман за сигарами.
- Что-то не так? - опять заладил Семён и начал ёрзать на стуле.
- Здесь всё не так, - отрезал я. - И чем дальше, тем больше.
- Они похожи на сумасшедших механиков.
- Да, есть такое дело...
- Может, катер ищут, - предположил Покровский.
- Что?! - я вытаращился на Семёна. - К-к-какой такой катер?!
- Ну... катер, который в озере лежит. Затонувший.
- Паровой?
- Нет, - покачал головой Покровский. - Вроде, из нашего мира.
Несколько секунд я переваривал услышанное, жевал кончик сигары и молчал. Потом досчитал до десяти и медленно выдохнул.
- Сёма, хвостом тебя по голове, ты никогда на голову не падал?
- Не-е-ет...
- Тогда какого чёрта ты молчал про эту находку?
- Как-то не подумал...
- Семён Покровский... Вы идиёт, каких мало! Рассказывай давай, чудо ты... в перьях.
26
Поначалу Семён кряхтел и мялся, как старая дева на приёме у гинеколога, и каждое слово приходилось вытаскивать клещами. Мне надоело слушать это блеяние, и я, наклонившись над столом, покрыл его матом. Тихо, но от всей души. С чувством, толком и расстановкой. Помогло. Слова перестали застревать, и дело пошло на лад.
Если не растекаться мыслью по древу, то вскоре после того, как Семён провалился в этот мир, а точнее - после двух дней скитаний - он набрёл на тихую заводь, отделённую от озера узким проливом. Заливчик был небольшим, но глубоким. Берега заросли рогозом, который ошибочно называют камышом. Покровский как раз наловил немного рыбы на мелководье и собирался забраться поглубже в заросли и отдохнуть.
- Ну... - опять начал тормозить он, - я решил выспаться.
- Это я уже слышал. Давай ближе к делу.
- На берегу ночевать было страшно, а тут это дерево подвернулось.
- Какое дерево?
- Ну как какое? Поваленное. Наклонилось над берегом и почти рухнуло, но, видно, корни сильные, вот оно и повисло над водой. Около полутора метров до поверхности не доставало.
- В общем, ты на него и забрался.
- Да, - кивнул он. - Устроился на развилке... День выдался тяжёлый.
- Дальше.
- Смотрю, прямо под деревом, в воде, что-то белеет. Присмотрелся - катер! Метров пять или шесть длиной и лежит на боку, будто в яму какую-то попал.
- Осмотрел?
- Что?
- Сёма, не тупи! Катер, спрашиваю, осмотрел?
- Нет, - Семён покачал головой.
- Почему?!
- Я плавать не умею, а там слишком глубоко, да и вода была холодная.
- Час от часу не легче... Слушай, а на берегу ничего не видел? Ну... Пепелище от костра или ещё что-нибудь похожее. Шалаш, например?
- Нет, не видел.
- Чёрт...
- Он там недавно лежит, - предположил Семён и впился зубами в отбивную.
- Это ещё почему?
- Слишком уж белый. Будто совсем недавно затопили. Правда, это было пять лет назад и сейчас он будет выглядеть немного по-другому.
- Ну хоть наблюдательный, и то хорошо...
- Меня за это и в институте хватили, - не удержался он и улыбнулся. Смущенно, будто извинялся за что-то очень неприличное.
Примерно через час мы закончили обедать и неторопливо отправились домой. Навстречу шёл старик Розенталь, но я успел его заметить и благополучно шмыгнул на соседнюю улицу, чтобы не нарваться на разговор, щедро приправленный жалобами на окружающий мир. Боже меня упаси от этого счастья! Не хватало мне радости, чтобы слушать очередную историю про кота Изю. Подошли к дому, и я увидел шерифа Брэдли. Он сидел на лавочке и очень мило беседовал с нашей хозяйкой.
- Ну и где вы шляетесь, мистер Талицкий? - недовольно пробурчал Брэдли и покосился на Покровского. Недовольно заломил бровь, нахмурился, но пересилил себя и поздоровался. Семён кивнул и хотел убраться во флигель, но его перехватила миссис Грегори и отправила на кухню.
- Если вы забыли, сэр, то у меня небольшой отпуск, - сказал я.
- И как отдыхается?
- Неплохо.
- Ну-ну... - хмуро покосился он и кивнул на скамейку. - Сядь, разговор есть.
В этот момент из дома выглянула миссис Грегори и предложила нам кофе. Шериф, чтобы сгладить неловкую паузу, ухватился за предложение, и мы перебрались в беседку, заросшую диким виноградом. Здесь любят строить вот такие круглые беседки с остроконечными крышами, похожими на шлем Дмитрия Донского.
Строят, как правило, где-нибудь на заднем дворе или в саду между деревьями. Сад у хозяйки небольшой - три десятка яблонь, но очень ухоженный. Судя по её рассказам, супруг был заядлым садовником. Саженцы выписывал откуда-то с западного побережья и был горд, когда дождался первого урожая. Он был чертовски трудолюбивым, этот мистер Грегори. Хозяйка подала нам кофе и тактично удалилась, оставив меня наедине с шерифом.
- В Ривертаун прибыли четыре часовщика, - сказал шериф, когда она ушла.
- Видел их неподалёку от пристани.
- Да, они упомянули, что у моего помощника хороший аппетит и бурная фантазия.
- Что им понадобилось в нашем городе?
- Ищут пропавшего парня.
- Вот как...
