Страхующая энергетическая накидка — реальность! После крещения мне было пророческое сновидение. Ехать во сне на автомобиле — это символ личной жизни сновидца, длительный её период. В своём вещем сновидении меня везли не в простой автомашине, с этих пор я ехал (по жизни!) в необычном, специальном и оригинальном — бронемобиле! Мало того, что бронь была абсолютно не пробиваема. Сам автомобиль мог двигаться по любым направлениям, задевая углы зданий, на любой скорости, сталкиваясь со встречными двигающимися объектами, не боясь повреждений, — при этом кабина непостижимым и автоматическим образом, огибая препятствия, складывалась и раздвигалась, оставляя её пассажиров в полной и абсолютной безопасности и неуязвимости. Получение в крещении таинственной накидки мой сон, моё сознание оформили как — бронемобиль!
С этих пор и наяву я по жизни ехал и продвигался, облачённый, завёрнутый в мистическую накидку Бога именно с такими вот ощущениями защищённости, которую периодически очень остро чувствовал уже не во сне…
Дух витает и властвует всем и вся там, где ему надобно, и вдруг в какой-то момент меня ни с того, ни с сего, как отмашка, чудодейственно и вынесло в незнакомый мир эзотерики, а Силы тёмные, змеиные негаданно отпустили, отступили. Снова вижу Движение из своей прошлой, старой жизни в жизнь и позицию сознания незнакомую, новую… Именно в этот период и звал меня по имени чей-то женский Голос, и стучала предупреждающе громко какая-то детская ручка в невидимую дверь. Так судьбоносно-спасительно проявилось моё крещение…
Чуден и странен Божий промысел, но про всё про это описанное было мне в ту пору неведомо.
Двигался, продвигался я в своём духовном поиске на ощупь, впотьмах, как казалось самостоятельно, и не видел никакого риска и опасности, как не знает о тёмной, вредоносной изнанке жизни несмышлёный малыш. Даже, когда он и уколется, порежется, обожжётся, даже тогда он не понимает за что и почему, а только жалко, обиженно и громко плачет: бу-бо, очень больно!.. Глупость и незнание от много спасают, но в любой миг на петлистой и скользкой своей дороженьке мог я поскользнуться, упасть-пропасть, сгинуть совсем, если б за мной любовно, внимательно не присматривал Некто. Ах, как я был слеп и не видел дальше своего носа!..
И вот однажды в разгар моей страсти по Кастанеде, Порфирию Иванову и йоге, почти в самом начале моего поиска явил мне себя чудный Странник!..
Была зима, и лихо буйствовал, кружил вдоль улицы холодный ветер. Шуршал снег. Чудо русского снега, белизны, чистоты просветляло сознание. Холод подталкивал к радостному движению. Я дышал холодным ветром, здесь в Москве, в центре России. Близился Новый год, и всё вокруг было пропитано настроением перемены, надежды на лучшее, нежданных подарков. Как в детстве: запах свежей ёлки, вкусные конфеты, игрушки…
Я замёрз и двигался к метро. Но почему-то задержался возле газетного киоска. Кружился, заворачивался белый вихрь, обвивал меня воздушной плотью. А подле киоска стоял бесплотный, невидимый человек — мой будущий помощник, Странник. Русский человек… Босой, холщовая рубаха поверх таких же штанов, одетый по-летнему, без шапки. Волос длинный, тёмный с проседью. И та самая исконно русская борода лопатой… В глазах и фигуре — тоска, тихая печаль, любовность, мягкость, всезнание, понимание, благосклонность, мудрость… И легкокрылая свобода! Непривязанность к мирскому, бренному и Свобода шагать по широким и узким ухабистым русским дорогам и лесным тропам. По полям и лесам. Изредка в город. Шагать по дорогам зимой, летом, осенью и весной! И никогда не бывает холодно Страннику, потому что молитва греет… А как с ней радостно шагать по Руси с Христом в сердце!..
Разве мог я тогда этого русского Старца приметить? — Но он, как вижу сейчас, там, у того киоска стоял… Впоследствие передо мной появлялся и исчезал. Странник — босяк, голодранец, бедняк, нищета, бомж. Если угодно — русский вариант нищенствующего, оборванного суфия. Но не юродивый, а одним словом — Странник…
«Надо купить вон ту небольшую книжку», — услышал я свою мысль. Но эта мысль была не моя, а внушённая мне Странником. Книжку купил. Она называлась «Откровенные рассказы странника духовному своему отцу». — Самая первая моя книга по христианской мистике.
Христианство в то время не привлекало, православие отталкивало, а богословие я не знал.
Очень странной и нравоучительно-скучной стороной повёрнуто к духовному искателю это духовное учение. И если б только это…
