☨Два старца, живя вместе в одной келье, никогда ни о чем не спорили. И вот однажды один говорит другому:
— Давай хотя бы раз поспорим, как другие. Собеседник ответил:
— Я не знаю, как начать. Первый сказал:
— Я положу этот кирпич между нами, а потом скажу: «Он мой». Тогда ты скажешь: «Нет, он принадлежит мне». Вот так и начинаются споры и ссоры.
Итак, они положили кирпич между собой. Один сказал:
— Это мое.
Другой:
— Нет, я уверен, что это мое. Первый ответил:
— Это не твой кирпич, а мой. Тогда другой воскликнул:
— Если он твой, возьми его!
«Вы забыли мешочек»
☨Однажды воры сказали некоему монаху:
— Мы пришли забрать все, что находится в твоей келье. Тот ответил:
— Дети мои, берите все, что пожелаете.
Тогда они взяли в келье все, что можно, кроме спрятанного мешочка, и ушли. Но старец побежал за ними, крича:
— Дети мои, вы забыли мешочек, возьмите его! «Ты ничего не имеешь»
☨Однажды к одному старцу пришла дева и сказала:
— Отче, я провожу шесть недель в посте и ежедневно изучаю Ветхий и Новый Завет.
Старец ответил:
— Сделалась ли тебе скудость — все равно что изобилие?
— Нет.
— Бесчестие — как похвала?
— Нет.
— Враги — как друзья?
— Нет.
— Тогда, — говорит мудрый старец, — иди и трудись, ты ничего не имеешь.
Лентяй и незаконнорожденный
☨Жили в одной деревне лентяй и незаконнорожденный. Трудно им было среди своих сверстников, да и вообще среди людей, которые их знали. Все издевались над ними, обзывали и просто не давали спокойно жить. И вот однажды незаконнорожденный предложил лентяю уйти куда-нибудь, где их никто не знает. Подумали они, подумали и решили уйти в другую деревню, подальше от той, где они росли. Решили — сделали.
Прошло некоторое время. Незаконнорожденный стал почитаемым на новом месте проживания, так как трудился не покладая рук, был добрым и отзывчивым человеком. Лентяй же опять стал белой вороной, и все кому не лень насмехались над ним, как и в прежней деревне.
Чтобы не ходить озабоченным спешкой
☨Однажды отец Аммон пошел, чтобы переправиться через реку. Он нашел готовое к отплытию судно и сел около него. В это время подплыл другой корабль, идущий в то же место, и бывшие на нем люди стали звать его:
— Поплыли с нами, отче! Он же ответил:
— Я взойду только на общественное судно.
С собой авва имел связку пальмовых ветвей; он сел, плетя веревку, а затем вновь распуская ее, и плел до тех пор, пока общественное судно не отчалило и он не переправился на другой берег. Братья, поклонившись ему, спросили:
— Для чего ты делал это? Старец ответил:
— Чтобы не ходить озабоченным спешкой.
Бог знает, что — добро
☨Брат спросил старца:
— Какое бы мне делать доброе дело и жить с ним? Старец отвечал:
— Бог знает, что — добро. Я слышал, что некто из старцев спрашивал авву Нестероя: «Какое бы доброе дело сделать мне?» Авва отвечал ему: «Не все ли дела равны?» Писание говорит: «Авраам был страннолюбив — и Бог был с ним; Илия любил безмолвие — и Бог был с ним; Давид был кроток — и Бог был с ним». Итак, смотри, чего желает по Богу душа твоя, то делай и блюди сердце твое. Ближайший путь к Богу
☨ученик как-то сказал своему учителю:
— Милый мой учитель, я не могу больше выносить, чтобы что-нибудь отвлекало меня. Как найти мне ближайший путь к Богу?
Учитель ответил:
— Где путь труднее, там ты и иди; бери то, что бросает мир; и что делает мир, ты не делай. Иди противно миру во всех вещах, и тогда ты придешь к Нему ближайшим путем!
Неизменность внутреннего мира
☨Как-то два инока пришли к отцу Иосифу с просьбой объяснить им, лучше ли им с радостью принимать посещающих их братьев или не выражать этой радости. Они не успели еще открыть рта, чтобы изложить ему свое затруднение, как он предупредил их вопрос и вошел в свою келью. Там покрылся старым рубищем и прошелся между ними в таком одеянии, не говоря ни слова. Затем он снял с себя рубище, надел хорошую одежду, которую употреблял в праздничные дни, и снова прошелся между ними. Наконец, он оделся как одевался постоянно и сел с ними.
Монахи смотрели на него с удивлением, не понимая ничего из того, что он представил. Тогда он им сказал:
— Хорошо ли заметили вы, что я сделал?
— Да, — ответили они.
— Но, — прибавил Иосиф, — заметили ли вы, чтобы перемена в платье изменила что-нибудь и во мне? Стал ли я хуже, надев рубище? Стал ли я лучше, надев лучшую одежду?
— Конечно нет!
— Помните же по сравнению с этим, что все созданное, даже и люди, не должно ничего изменять своим появлением в нашем внутреннем мире. Принимайте с радостью и невинностью, и с христианской любовью братьев, которые посетят вас. А если никто не придет к вам, храните себя в сосредоточении духа.
Сколько волка ни корми…
☨Жил как-то волк; он растерзал множество овец и поверг в смятение и слезы многих людей.
