«Когда был исторгнут корень зол, – разумею сребролюбие, – то превзошли все блага и они тесно были соединены друг с другом, так как ничто не разделяло их. Это жестокое и произведшее бесчисленные войны во вселенной выражение: мое и твое, было изгнано из той святой церкви, и они жили на земле, как ангелы на небе: ни бедные не завидовали богатым, потому что не было богатых, ни богатые презирали бедных, потому что не было бедных» [III:257–258].
«Видишь, как велика сила этой добродетели (общения имений), если она была нужна и там (т. е. в Иерусалимской общине). Действительно, она – виновница благ» [IX:112].
«Это было ангельское общество, потому что они ничего не называли своим… Никто не думал, что ест свое; никто (не думал), что ест чужое, хотя это и кажется загадкою. Не считали чужим того, что принадлежало братьям, – так как то было Господне; не считали и своим, но – принадлежащим братьям» [IX:73].
Однако, утверждения, аналогичные рассуждениям Ильина мы можем найти и работах проф. нравственного богословия М. А. Олесницкого: «Известно, что общение имуществ первых христиан было кратковременным и местным; существовало оно недолго, только в Иерусалиме, и оказалось оно непрактичным: Иерусалимская община настолько обеднела, что другие христианские общины посылали ей вспоможения» («Из системы христианского нравоучения», с. 409; цит. по [6:24]). Такое же мнение высказывает и о. Иоанн Восторгов.
Что можно по этому поводу сказать? Прежде всего, нигде в Новом Завете не сказано, что иерусалимская община была кратковременной и быстро развалилась. Наш замечательный богослов В. И. Экземплярский считает, что община прекратила свое существование только в 70 г. н. э. в связи со взятием Иерусалима римлянами. Вопреки позиции Ильина он утверждает: «Самая неудача (предположительная) организации жизни первенствующей Церкви, – пишет он, – не могла бы послужить помехою видеть в этой организации идеальную ее форму» [6:25]. Поэтому, в отличие от Ильина, оценка Экземплярского совсем иная: «Общение имуществ в первенствующей Церкви есть и навсегда пребудет идеалом устроения материальной стороны жизни членов Христовой Церкви (…) этот взгляд совпадает всецело с учением отцов и учителей вселенской Церкви, которые в устроении первохристианской общины видели идеальную форму церковного общения, а в общении имуществ – естественное выражение христианской любви, объединяющей людей в братскую семью, – выражение, являющееся желательным во всякое мгновение жизни на земле Церкви Христовой» [6:25].
