Дело в том, что милостыня – прекрасная, человеколюбивая традиция, идущая еще с Ветхого Завета. Однако Златоуст замечает, что милостыня прежде всего полезна дающему, но для нищего она в большинстве случаев бесполезна, ибо не решает его проблем (Златоуст говорит: «на другой день он снова есть просит»). Нищету милостыней победить нельзя; наоборот, упование на нее и приводит к ситуации, когда «
«В отношении имущества невозможно быть одному богатым без того, чтобы наперед другой не сделался бедным» [X:419].
А вот вообще убийственная, формулировка:
«невозможно разбогатеть тому, кто не делает несправедливости» [XI:703].
Да и Христос в эпизоде с богатым юношей не милостыню стал просить у юноши, а предложил ему совершенно другое – вступить в Свою общину: «
Так что, христианский идеал – вовсе не милостыня богатых бедным, а община, где нет ни богатых, ни бедных. К этому вопросу мы еще вернемся во второй части статьи.
И так далее, и тому подобное – оказывается, что если повнимательнее посмотреть и прочитать новозаветный текст, тот все, что предлагают сторонники собственности рассыпается в прах. Никакой апологии частной собственности в Новом Завете нет вовсе.
А есть совершенно противоположное – порицание частной собственности, которое замечательно зашифровал Господь в удивительной притче о неверном управителе (Лк 16:1-15). Подробно об этой притче рассказано в [8].
Эта притча всегда считалась трудной для толкования. И действительно, как понять, что господин (т. е. Сам Бог) хвалит управителя, который его, вроде бы, обманул, да еще призывает находить себе друзей богатством неправедным? Однако, мудрый подход к ее расшифровке предложил знаменитый богослов XI в. Феофилакт Болгарский. Он утверждает, что именно в этой притче особенно ясно видно святоотеческое положение, что собственником всего сотворенного является Бог. Роль человека сводится лишь к управлению этими богатствами. Люди же, увы, стараются отобрать у Бога это право и сами хотят стать собственниками. Однако эти усилия тщетны – они остаются в очах Божьих управителями, но управителями неверными. Феофилакт не уточняет, о какой собственности идет речь. Но если предположить, что речь идет именно о частной собственности, с помощью которой люди присваивают себе богатства, смысл притчи становится особенно прозрачным. А именно, человек-управитель, поставленный Господом только управлять, захватил имение Господа в свою собственность, и начал его использовать чисто по-капиталистически, извлекая прибыль из самого факта обладания, в точности, как это делает современный частный собственник. Но Господь призвал такого человека к ответу, ибо тот присвоил себе в собственность то, что принадлежит одному Богу. Но управитель вовремя понял свою ошибку – он мудро сложил с себя статус собственника, перестал получать нетрудовую ренту с присвоенного имения (что в притче изображено с помощью замены записок на справедливые). Именно за это и похвалил его Господь. И тогда «