Превозмогая боль в спине детектив поедал слишком сладкое печенье и старался не шуметь. На соседнем сиденье спал Артем. Мальчик свернулся калачиком и сопел, прижимая к себе огромную черную куртку. Целый день провели вместе. Немногословное общение и постоянно повторяющиеся фразы. Аристарх страшно обрадовался, когда парня сморил сон. Детское тело так трудно утомить. Сам же он с первых же минут готов был лечь в постель, но решил сдержать обещание. Сводил ребенка на мультики, где немного подремал, накормил сладкой ватой и горячим обедом. Пришлось возвращаться в кинотеатр, потому что на пустом кресле осталась та самая теперь уже здоровая игрушка. Прогулялись парком, где купили хлеба для уток, который потом доел детектив. И наконец в семь вечера приехали к этим полу развалившимся зданиям, но Артем отказывался выходить из машины. Не получив ответ на вопрос, он сдался и закурил. Его так достал сегодняшний день, что было наплевать мешает дым мальчику или нет. Усталость пробралась в каждую клеточку тела и немного разминаясь на улице Аристарх плюхнулся на сиденье и включил радио. Через пару минут ребенок уже спал, и чтобы не стал еще бледнее решил укрыть его своей курткой. Так неспешно наступало утро. Чувствовал какое-то удовлетворение. Исчезали сомнения, оставалась только тоска, а увиденное за ночь сохранилось в одном вопросе, записанном, в черном блокноте. Выкинул пустой пакет из-под печенья в окно. Все что угодно пусть происходить лишь бы не разбудить этого бледного ангела сохранявшем невинность в глупом мире.
Артем проснулся в семь и проведя его до квартиры детектив потрепал скомканные слабые волосы и оставил пакет с едой. Пусть даже все съедят другие. Но все-таки надеялся, что поделятся с парнем, когда заводил мотор Ауди. Растирал красные глаза и думал – зачем ему таскаться с этим ребенком? Усмехнулся и понял, что ничем другим уже не может заняться. Идеи закончились, фотографии пересмотрены сотни раз, а надоедливые звонки от Андрея Андреевича остались не отвеченными. Он не знал куда двигаться дальше и это раздражало больше всего. Сворачивая пару раз в маленькие улочки, избегая пробки на дорогах оказался возле довольно-таки знакомого здания. Служащий отеля показывал, что нельзя курить и улыбнулся. Одинокая сигарета последовала назад в коробку и детектив хмуро чуть ли не пробежал мимо ресепшена, позабыв о лифте, взбегая вверх перескакивая через одну ступень. По памяти найдя нужный номер с цифрами остановился отдышатся. Вытирал футболкой мокрое чело и мысленно уже себя ругал, понимая, что его присутствие здесь более чем неуместное. Но невидимая сила толкала к этой женщине. Не успел он сровнять спину как дверь открылась. Первым бросились длинные, босые ноги, затем голубой, шелковый халат, прикрывающий все остальное. Моргнул, затем еще, она ему сладко улыбнулась и прикрыла веки, как будто от удовольствия.
– Ты пришел посмотреть кино?
Женщина посторонилась, чтобы дать войти неожиданному гостю. Аристарх еще раз удивился тому, как она может оплачивать столь роскошные номера. Ухоженный, безупречный вид с живыми цветами, вкусным запахам, что дурманил. Все так вкусно выглядит, все под стать ей. Он сел в кресло возле окна, что на половину оставалось закрытым, а незнакомка неспеша последовала к огромной кровати. Простыни на одной половине были скомканы, а другая нетронутая, аккуратно заправленная. Его глаза блуждали по комнате, запоминая, открытую дверь в ванной, белый халат на полу, включенный свет люстры, раскрытая книга на тумбочке, множество флаконов с духами. Только когда она снова заговорила детектив неловко заерзал в кресле и заставил себя взглянуть на нее.
– Так ты пришел смотреть кино?
– Н-нет… Я же говорил, что не занимаюсь таким.
– А что же? – Полина достала ноутбук и включила. – Я выбрала фильм “Касабланка”. Уверена это ты точно не видел.
– Нет, но и не собираюсь.
– Давай, иди сюда. – Показала рукой на свободное место возле себя. – Признаюсь, я ждала тебя раньше.
– Мне тут хорошо. Боюсь если я поднимусь с этого кресла, то уйду. – Попытался улыбнутся.
– Ты хочешь уйти? Тогда зачем пришел?
– Не знаю. – Она слишком сильно его привлекала к себе и одновременно чем-то раздражала, поэтому он и не подумал лгать. Возможно, хотел ее задеть или сделать неприятное, как было неловко ему.
– Чем же ты занимался столько дней? – Нажала на кнопку и третий голос начал говорить, как фон для двух других.
– Это имеет значение?
– Для меня имеет. – Улыбнулась. Аристарх задержал взгляд на влажных губах, пытался угадать какой это оттенок.
– Работал, что еще я могу делать?
– И как все продвигается?
– Даже сам не могу понять. – Запрокинул голову назад и уставился в потолок. Он скорей говорил сам с собой чем с ней. – Все так… так трудно.
– Разве ты впервые таким занимаешься?
– Нет конечно, но в этот раз все под другим углом или я слишком сильно изменился? Мне даже спросить некого, я всегда один и оценивать себя должен сам.
– Так брось все это!
– Что? – Нахмурил брови, но продолжал смотреть в никуда.
– Тебе нравится то, что ты делаешь?
