— Не надо! — захрипел Афян. Мне довелось выволакивать его из салона за волосы, это оказалось затруднительным, при его-то габаритах. Док упирался, как безумный. Я завалил его на землю и начал бить, ногами, кулаком, пистолетом. Не думаю, что рисковал забить до смерти, доктор был здоровым, как лось, но отделал — на совесть. Прекратил, лишь когда устал. Пока Док, хлюпая носом и поскуливая, пытался подняться, я, отдуваясь, вернулся к водителю, уткнувшемуся носом в траву. Он, конечно, выглядел совсем не таким крепким, как молодой бандит, оглушенный мной в кабинете Афяна, однако я подумал, он тоже выживет. Впрочем, я поймал себя на том, что мне стало в общем-то все равно. Это открытие неприятно поразило меня. Все равно... Как же так? Ведь они были людьми, пускай и далеко не лучшими…
Вооружившись остатками липкой ленты, прихваченными из кабинета, я спеленал водителя по рукам и ногам, оттащил в самую гущу зарослей, вернулся к доктору.
— Не убивай! — взмолился тот, пуская пузыри разбитыми губами.
— Рассказывай, сволочь, — велел я. — Чем дольше не закроешь рта, тем дольше проживешь. Понятная арифметика?
Он энергично закивал.
— Тогда давай, валяй! — Я знал, драгоценное время уходит, чувствовал этот процесс буквально физически, обоих бандитов и медсестру рано или поздно хватятся, а, за ними — и нас, тем не менее, дал ему минут десять. Когда он уже начал говорить, хлопнул себя по лбу, выудил мобильный телефон, ранее принадлежавший Григорию Ханину. Поискал функцию диктофона, не нашел. Сплюнув, вывернул карманы шофера, подумав, что постепенно становлюсь докой по части обысков и мародерства. Завладел новеньким золотистым Nokia, включил. Я понятия не имел, служат ли аудиозаписи доказательствами при рассмотрении уголовных дел в отечественных судах, зато, пока не утратил надежды найти суд, который бы их терпеливо прослушал. Дав Доку выговориться, я показал ему на кабину.
— Остальное доскажешь по пути.
