Как отмечал В.М. Жуйков: "Учреждение мировых судей в качестве судей субъектов Российской Федерации порождает проблемы с определением их компетенции. Если эту компетенцию определять исходя из статуса мировых судей и с учетом федеративного устройства РФ, которое предполагает разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ и наличие в субъектах РФ собственного законодательства, как это предусмотрено ст. ст. 5, 11, 71, 72, 76 Конституции РФ, то компетенцию мировых судей логично было бы определить следующим образом: к подсудности мировых судей следовало бы отнести дела, связанные с применением законов и иных нормативных правовых актов субъектов РФ, принимаемых ими в сфере собственного правового регулирования"[528].
Однако подобная позиция представляется реально не осуществимой не только в силу неразвитости законодательства субъектов Федерации, но и вследствие того, что возможности собственного правового регулирования субъектов РФ весьма ограничены в той сфере, которая затрагивает судебную деятельность. Полномочия субъектов Федерации (хотя и весьма ограниченные) относятся только к сфере административного законодательства, в области уголовного и гражданского законотворчества они находятся в исключительном ведении Российской Федерации либо в совместном ведении России и ее субъектов. Поэтому, несмотря на то что мировые судьи должны рассматривать уголовные и гражданские дела, отнесенные к их подсудности федеральными законами, перечень материалов об административных правонарушениях может быть расширен для мирового судьи за счет местных законов, устанавливающих административную ответственность за различные правонарушения.
В развитие Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" в субъектах Федерации приняты собственные законы о порядке назначения (избрания) и деятельности мировых судей.
В-четвертых, мировые судьи провозглашаются элементом (звеном) единой судебной системы РФ. Содержание понятия "звено судебной системы" определяется кругом полномочий и обязанностей, представленных тем или иным судебным органом и характером выполняемых им функций. Система судов общей юрисдикции в Российской Федерации включает три элемента (звена). Первое и основное звено — мировые судьи и районные суды[529].
Мировым судьям свойственны общие для всех судов российской судебной системы черты: а) единство процессуальной формы рассмотрения дел (подсудность и т. д.); б) наличие общих принципов (независимость судей, гласность процесса, равноправие и состязательность сторон и др.); в) единство судебных функций (они созданы для выполнения единой функции — осуществление правосудия, вправе пересматривать свои решения в порядке вновь открывшихся обстоятельств); г) финансирование из федерального бюджета. Отсутствие хотя бы одного из перечисленных признаков у мирового судьи существенно затрудняло бы отнесение его к единой судебной системе.
Как звено судебной системы мировые судьи тесно связаны с иными ее элементами, имея общую природу. Например, судебная практика мировых судей во многом зависит от разъяснений Пленума Верховного Суда РФ. Если бы мировые судьи входили в систему местного самоуправления, то их решения не могли бы пересматриваться органами государственной судебной власти, т. е. судьями, осуществляющими государственную судебную власть. Именно этим признаком нынешние российские мировые судьи отличаются от мировых судей, учрежденных в 1864 г., которые не входили в систему государственной власти.
Создание в России системы судов общей юрисдикции субъектов РФ, которая могла бы действовать параллельно с федеральной системой, как отмечалось в юридической литературе, не соответствовало бы Конституции РФ[530].
В-пятых, мировой судья является должностным лицом, наделенным полномочиями осуществлять правосудие, исполняющим свои обязанности на профессиональной основе, обладающим специальным статусом. В действующем законодательстве мировой судья упоминается в различных значениях, а именно: 1) суд субъекта Федерации; 2) состав суда; 3) участник процесса. Вместе с тем "суд" в русском языке толкуется весьма расширительно, включая в себя не только полномочие, но и учреждение одновременно. В одном из решений Верховного Суда РФ по гражданскому делу отмечалось, что мировой судья и его аппарат не являются юридическим лицом, казенным предприятием либо учреждением, а поэтому им не может быть передано имущество на праве оперативного управления[531]. Поэтому на практике возникают определенные трудности с материально-техническим обеспечением мирового судьи и его аппарата.
