Короткий фантастический рассказ, в котором я попытался порассуждать, как будет выглядеть убийство клона своим оригиналом с точки зрения этических и правовых норм.
In legibus salus
Ночь. Три часа.
Три часа ночи. Несмотря на столь ранний час, в кабинете губернатора было… странно. Одновременно странно и людно. Компания собралась весьма необычная. Даже странная. Помимо самого Занозина Евгения Абрамовича, непосредственно губернатора, присутствовали прокурор области, начальник МВД и полковник ФСБ.
Можно было бы предположить, что компания собралась для распила, однако бюджет уже был утвержден и пилить было нечего. Присутствие отца Никодами наталкивало на мысль, что уже дораспиливались, и пора замаливать грехи. Однако присутствовал и шестой человек — целый академик РАН Денис Кириллович Бабушкин. И присутствие этого, шестого элемента, вообще сбивало с толку и не позволяло строить каких-либо догадок.
— И какого хрена мы все здесь собрались в такой время? — поинтересовался чекист, Андреевских Сергей Анатольевич.
— Проблема, господа товарищи, — развел руками губернатор. — Проблема серьезная. Я б даже сказал, что тот мир, который мы знаем, под угрозой!
— Не чеши мне тут, — отмахнулся полковник. — Трамп внеочередное звание майора ГРУ получил, с коррупцией у нас все в порядке. Какие еще могут быть проблемы? К нам едет ревизор?
— Все гораздо серьезнее, — произнес Пантелеев Вадим Петрович, прокурор. — Убийство.
ФСБшник, сонно клевавший носом, встрепенулся. Из сонного, уставшего человека, он превратился в ястреба, орла, настоящего сталинского сокола.
— Кого? Неужто… — полковник ткнул пальцем в потолок.
— Сплюнь! — вздрогнул Иволгин Семен Борисович, генерал МВД. — Один лаборант вывел в расход другого… хм… лаборанта.
— И?
— Что — и?
— И — что? Ну мочканул, и мочканул. И хрен с ним. Могли б и до утра подождать. И, вообще, я-то тут при чем?
— А вот об этом нам и расскажет господин Бабушкин, который для этого сюда и приглашен! — торжественно заявил Занозин.
Ученый, полировавший платочком все это время очки, отвлекся от этого занятия, посмотрел сквозь линзы на свет, и нахлобучил их на нос.
— Итак, — начал академик. — Несмотря на то, что все это может показаться законченным бредом, попрошу отнестись к услышанному очень серьезно. В 1980 году, когда советская наука и техника находилась на пике своего развития…
— Да-да, — прервал его Андреевских. — При Брежневе все делали лучше, особенно людей. Можно без отступлений?
Занозин и Бабушкин удивленное переглянулись. Академик сверлил взглядом губернатора, а тот, пожав плечами, махнул рукой.
— Короче говоря, мы смогли создать эмбрион, — продолжил Денис Кириллович. — Человеческий эмбрион. Полностью идентичный существующему. И обеспечить аналогичные условия развития. И в 1981 году мы получили двух абсолютно идентичных людей. Как бы так сказать… человека и его клона.
— Вы с ума сошли! — взревел полковник. — Это же запрещено!
— Ну, во-первых, запрет на клонирование был введен лишь в 1998 году. А, во-вторых — попробуй, найди статью, по которой за клонирование можно привлечь к ответственности. — пояснил Пантелеев.
— Хорошо. Это все очень интересно, но настолько же интересно, насколько интересно есть ли жизнь на Марсе. Для общего развития — познавательно. Но нам-то что с того? В чем цимус?
— Вся соль в том, сегодня днем Павлов, собственно тот, который оригинал, грохнул второго Павлова, — пояснил Иволгин. — Собственно того, который клон.
— Отправить Павлова лет на 15 лес валить, и дело с концом, — проворчал прокурор.
— Кажется, я начинаю понимать, где собака зарыта, — протянул ФСБшник. — А за что ты предлагаешь закрыть Павлова?
— Как за что? За то, что он мочканул Павлова! — пояснил Вадим Петрович.
— Это, конечно, замечательно. И как будет звучать приговор суда? Павлов Иван Иванович…
— Дмитрий Андреевич, — поправил полковника академик.
— Хрен с ним, пусть Дмитрий Андреевич. Что Павлов Дмитрий Андреевич 1981 года рождения вывел в расход Павлова Дмитрия Андреевича 1981 года рождения? Тебе это бредом не кажется!
— Да, товарищи! — воскликнул Занозин. — Вот для этого мы все здесь и собрались. Чтобы определить, как рассматривать убийство человеком своего клона. С точки зрения закона. Так сказать, определить правовой статус клона.
В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь звоном чьей-то ложки в кружке с кофе.
— Если позволите, миряне, я выскажусь, — взял слово отец Никодим. — Считаю клона явлением богопротивным и богомерзким. Человек — творение Божие и происходить должно только естественным путем.
— Замечательно, — кивнул генерал. — Получается, убийство клона — деяние уголовно ненаказуемое. Состава преступления нет, дело можно закрывать на стадии доследственной проверки.
— Однако убийство — есть грех, — заметил священник. — Любая тварь Божья имеет право на жизнь.
— Э, нет, батюшка, — возразил Сергей Анатольевич. — Вы уж определитесь, или тварь божья, или явление богопротивное. А то получается масло масляное.
