Осталось пройти еще полквартала, и я знаю, что если позволю ему проводить меня до самого дома, то этот раз не станет последним. Он постоянно будет околачиваться около моей двери.
Любопытный ублюдок, не знающий понятия «личные границы».
— Как скажешь. Но меня определенно интересует твоя, — отвечает Хантер, и меня совершенно не удивляют его слова. — Ты ни с кем не состоишь в отношениях, ведь они не выдержат твою одержимость работой круглые сутки. Я предлагаю тебе просто секс. Одна ночь.
Я раздраженно вздыхаю.
— Стоит поработать над твоей рекламной концепцией. И ведь я уже отказался!
Он хватает меня за руку и разворачивает, а затем припечатывает спиной к кирпичной стене близстоящей пекарни. Потрясенный скоростью, с которой может двигаться Хантер, я застываю, не имея возможности пошевелиться. Он наклоняется так близко, что я чувствую его дыхание на своих губах.
— Скажи в глаза, что не хочешь меня, Финн, и я тут же оставлю тебя в покое. Можешь подарить мне свечку или идиотскую подарочную карту, если хочешь. Если правда не желаешь провести со мной всего одну ночь, стонать мое имя, пока прыгаешь на моем члене… я отступлю. Позволь себе немного расслабиться, ты не умрешь.
Он скользит взглядом по моему лицу, а затем протягивает руку, поправляя очки на то самое место, где мне комфортнее всего.
Мне хочется возразить, но рот отказывается слушаться, и я пытаюсь откинуть мысли о его губах, находящихся в нескольких дюймах от моих.
— Не слышу «нет», Финн. Я действительно сейчас в шаге от того, чтобы поцеловать тебя. Оттолкнешь? Или позволишь, наконец, попробовать тебя на вкус? Один раз. Одна ночь. Я заставлю тебя кончить так сильно…
Не уверен, хочется ли мне просто, чтоб он, блять, заткнулся, но я хватаю его за мягкую кожаную куртку, притягивая почти вплотную к себе. Он стонет и тут же накрывает мои губы своими. Я приоткрываю рот, и он, не теряя времени, скользит языком внутрь.
На вкус он как пиво и мята, головокружительное сочетание, от которого кровь в моих венах закипает. Он целует меня требовательно, сплетаясь языком с моим в яростной битве желаний. Разозлившись на самого себя, я вкладываю каждую унцию собственного разочарования в этот поцелуй.
Хантер снова хрипло стонет – наполненный желанием звук, который посылает жар прямо вниз к моему члену.
Безумно ненавижу Хантера Холлидея.
Но хочу его так же сильно.
Я решаю оставить самобичевание и презрение к себе на завтрашнее утро, ведь прошло так много времени с тех пор, как мне удавалось вырваться из своего жесткого графика. Внутри словно обрывается тонкая нить, которая сдерживала меня, поэтому я притягиваю его ближе, целуя как можно глубже.
— Мать твою, Финн, — шепчет он мне в кожу. — Пусти меня к себе. Ты не пожалеешь, — он снова захватывает мои губы и, только когда потребность в кислороде берет верх, отстраняется. — Ты уже такой твердый, — продолжает он, прижимаясь своими бедрами к моим. — Хочу, чтобы твой член был у меня во рту.
Из моего горла вырывается стон, и я понимаю, что поддался искушению. Он прав. Я тверд и возбужден. Но мысль о том, чтобы справиться с этим самостоятельно меркнет, когда я представляю, как Хантер сосет и трахает меня.
— Одна ночь, Холлидей, — отвечаю я, и мое дыхание учащается. — И все. Понял?
— Я понимаю только то, что мой член болезненно твердый, и я безумно хочу засунуть его в твою задницу, — он медленно отстраняется и берет меня за руку.
И как только он следует в сторону моего дома, я хмурюсь.
— Ты знаешь, где я живу?
Осознание меня даже не удивляет, хотя и должно бы.
— Ты оставляешь почту на столе, — объясняет он небрежным тоном.
Я негодующе фыркаю.
— И ты абсолютно случайно на нее наткнулся?
Он одаривает меня своей фирменной улыбкой, отчего на щеках появляются глубокие ямочки.
— Если я скажу «да», ты поверишь?
Я усмехаюсь.
— Нет.
— Вот видишь? Ты умный, Финн. Еще одна черта, которая мне в тебе нравится, — отвечает он и подмигивает.
Бывший спортсмен подмигивает, как будто следить за каждым моим движением вполне нормально. Но это не так. Мне нужно прогнать его. Положить конец безумной затее. Но я так не поступаю. Я позволяю ему утащить меня к зданию, и мы двигаемся довольно быстро, что может считаться полноценным марафоном для вечно дремлющего Хантера.
Как только мы оказываемся в кабине лифта, он смотрит на меня.
— Какой этаж?
— Твоих сталкерских навыков явно недостаточно, — отвечаю я и нажимаю кнопку двенадцатого этажа.
Хантер хрипло хихикает, и этот звук доносится прямиком мне между ног.
— Компенсирую в других областях.
Член снова дергается, и я сжимаю челюсти.
— Величина твоего эго действительно достойна восхищения.
— Как и величина члена, так что все в порядке, — с ухмылкой произносит он.
— Холлидей, я начинаю сомневаться в правильности нашей затеи.
— Он большой, но не бойся, — Хантер пожимает плечами. — Все будет в порядке к тому моменту, как я войду в тебя. Я потрачу достаточно времени на подготовку, растягивая…
Мои глаза расширяются, и я спешу перебить его.
— Я не то имел в виду! Хантер, я не боюсь твоего члена. Проблема в твоем рту.