Осела пыль, поднятая упавшими плитами, и перед Кащеем открылось небывалое диво - каменный лес. Не пещера уже, не штольня - стен вовсе никаких не видать, лишь деревья сплошняком. Огромадные, крон не разглядишь, сколько голову ни задирай, а стволы все из чистого камня. Мраморные, гранитные, из змеевика есть, еще из каких-то камней… Листочки на ветках, трава под ногами - уже из тех камней, что поблагороднее. Малахит, хризолит, яшма, еще что-то…
И все ведь живое, все дышит, шевелится. Ветерком откуда-то веет, листья колышутся, над цветами каменными пчелки порхают - словно из золота откованные, но тоже живые.
Гудит вокруг недобро, гуркочет. Слышится шепот, шипение, в прогалах меж деревьев очертания чьи-то мелькают. Видно, что не рада Хозяйка гостю непрошеному. То ли и в самом деле понадеялась похоронить Кащея под завалом, то ли думала, что он после такого угощения восвояси уберется, а только чувствуется - не ждала, что этот старик ее заветные хоромы разыщет. Невдомек каменной девице, что царь нежити здесь гостевал еще в такие времена, когда ее самой и в зачине-то не было…
- …убирайся!… - пронесся под сводами отчаянный крик.
- Нет, Малахитница, - равнодушно ответил Кащей, продолжая идти дальше.
Здесь, в каменном лесу, Хозяйка Медной Горы уже не смела устраивать обвалов и оползней - кому же охота поганить попусту собственный дом? А уж когда Кащей дошел до Медного Дворца…
Ящерок и змей с каждым шагом становилось все больше. Мелкие чешуйчатые кишели живым ковром - куда ни глянь, так медянка или ужик, а то и агама каменная. Зеленые, голубые, синие, бурые, желтые - всех цветов, всех пород. Есть одноцветные, есть узорчатые, орнаментом хитрым испещренные, а есть прозрачные, точно из слюды вырезанные.
Дальше пошли огромные залы - сплошь металл да самоцветы. Медь самородная, золото, хрусталь горный - всего достаточно. Даже богатства Костяного Дворца, накопленные Кащеем за тысячи лет, пожалуй, уступят сокровищам Каменного Пояса. На стенах малахит с алмазами, потолок медный, цветами диковинными разукрашен. Диво дивное, чудо чудное - любой рудознатец полруки отдаст, чтоб только вызнать, где сей клад запрятался.
Но во сто крат дивнее то, что оказалось в самой огромной палате - самой богатейшей, целиком из самоцветов чистейшей воды. Вздымается до самого потолка трон каменный, а в нем старец-великан восседает - ростом с кедр, борода из чистого серебра, одежда - из самородного золота, блестит-переливается. Глаза закрыты и дышит ровно - в глубокой дремоте хозяин Каменного Пояса, отсыпается после тяжелых трудов.
У ног великана - каменный стол, из голышей сложенный, а на нем грудой самоцветы свалены, цены неописуемой. С потолка будто бы гроздья виноградные свисают - и вместо ягод в них тоже самоцветы драгоценные.
Сказочно богат Горный Старец Озем.
- Что, мертвяк, настоял-таки на своем?! - гневно крикнула Хозяйка, стоящая рядом. Платье на ней успело измениться, засверкать красной медью. Не на шутку, видать, рассерчала. - Не буди батюшку, пожалеешь! Он спросонья злой, ярый - не пощадит!
- О-О-О-О-О… - прогремело сверху. - О-О-О-О-О… КТО ПОТРЕВОЖИЛ МОЙ СОН?…
- Ну что, рад?! - прошипела Хозяйка. - Разбудил-таки?!
- Малахитница, а ты ничего не путаешь? - без малейшего интереса посмотрел на нее Кащей. - Я пока что не произнес ни слова - полагаю, Горный Старец Озем проснулся именно от твоих криков. На себя и пеняй.
- А-А-А-А… КАЩЕЙ… ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?…
Глаза горного великана открылись - все еще сонно моргающие, но уже гневно сверкающие. Красные, горящие бешеным огнем, будто яхонты червленые, - да, такие очи могут устрашить кого угодно.
Кроме Кащея, конечно.
- ЗАЧЕМ ПРИШЕЛ?… ПОЧТО РАЗБУДИЛ?… - прогремел великан, выпрямляясь во весь рост.
Встает Горный Хозяин с трона, делает шаг… другой… и с каждым шагом уменьшается, нижает. Вот подошел вплотную к Кащею - уже не великан, а обычный дед в тулупе золоченом. Только глаза по-прежнему красным огнем светятся.
- Зачем явился в мои владения, царь мертвых? - уже негромко спросил Озем. - Разве нет меж нами твердого уговору? Разве не дали мы слово в том, что не будем мешать друг другу?
- Мне нет дела до твоих гор, - холодно ответил Кащей. - Мне нужен ключ-камень, только и всего. Отдай его мне - я уйду и больше тебя не побеспокою.
Седые брови Горного Старца поползли на лоб. Он сделал быстрое движение, и в его ладони появился небольшой камешек - простенький совсем, без изысков, без выкрутасов. Ровный, гладкий, всего на пять граней - три продольных, два поперечных. Ничего особенного, а все же исходит от этого камешка словно бы тепло - мягкое, ласковое, умиротворяющее.
Кащей смотрел на этот камень неподвижными змеиными глазами. Но где-то в глубине этих мутных буркал можно было разглядеть крошечные огоньки - алчные, жаждущие, уже загодя ощупывающие. Таким взглядом Кащей смотрел только на золото в своей казне.
- Ключ-камень? - насмешливо переспросил Горный Старец. - Величайшее сокровище моих гор? Тот, которым можно отворить землю и получить доступ ко всем моим богатствам? Неужто ты думаешь, что я отдам его ТЕБЕ?!
