Предание Темных: Вечность не предел полностью

Мы с Лео тут же обмениваемся быстрыми, но выразительными взглядами.

Восточных.

Очередное совпадение или очередная нитка кого-то из нас?

Юстин огорченно вздыхает:

– Жаль только, что по какой-то причине господин Шотет не публиковал ничего из своих работ.

– Зачем же их тогда проводить, если не показывать миру?

– Может, были свои причины – жмет плечами он – вам не говорили? Все Шотеты были отшельниками, почти не покидали замка.

– Да, дядя Джон говорил что-то такое..

– Может, причина кроется в этом.

Мы как раз доходим до дверей часовни, и, отворив их, Юстин жестом пропускает меня вперед:

– Пройдемте внутрь.

Уже войдя – не могу понять, была ли эта шутка, издевка или необдуманный акт вежливости. Потому что вход оказывается перекрыт кучей мусора: куски прогнивших досок и каких креплений – и обходя и перешагивая их первой, я едва не падаю несколько раз.

И даже никому не могу подать руку, потому что парни сзади. Если бы кто-то из них вошел первее меня, передвигаться было бы куда проще. Однако, учитывая, какой закалки, судя по всему, Юстин Райт – ставлю все-таки на последнее.

Галантные манеры, не учитывающие определенные обстоятельства.

Наконец, все-таки, не без большого труда, я все-таки преодолеваю мусорные препятствия и поднимаю голову, чтобы осмотреться.

Конечно, когда Юстин сказал, что часовню построил последний из Шотетов, я уже была (что греха таить) понадеялась, что меня ждет какое-то новенькое (относительно) строение. Потому что если он умер двадцать лет назад, ну даже если в середине жизни где-то построил..

Но нет, все мои ожидания сыпятся.

Время не пощадило «мое наследство». Внутреннее убранство оставляет желать самого лучшего.. Хотя, честности ради, конечно, изящные фрески (редкие дорогие материалы и тончайшая работа) немного уравновешивают разрушения.

По центру возвышается две металлические колонны, сплошь покрытые замысловатыми надписями.. а верхушки украшают рисунки лилий..

Лилии..

Нет, это просто совпадение.

В конце концов, как я и сказала тогда Сандре,

(..эм.. мельник, убивающий из-за картин? по-моему мы просто успешно притянули кота за хвост. таким макаром можно найти причины и следствия чему угодно, если очень захотеть..)

если намеренно пытаться во всем найти определенную связь – рано или поздно ты ее найдешь (или притянешь), просто потому что задался такой целью, а не потому что эта связь и правда где-то может угадываться.

Просто самообман.

Однако, Лео замечает другую странность в этих колоннах:

– Они явно не несут никакой архитектурной нагрузки. Тогда зачем они здесь? – он приглядывается к надписям и хмурится – еще язык такой странный, что это..

– Смею предположить, это одна из вариаций древнееврейского – замечает Юстин, даже не глянув.

Ну да, если он «любит часовню», то определенно был тут ни раз и осмотрел уже все вдоль и поперек. Прочесал и сверился. Потому, уверена, его «смею предположить» можно брать на веру как истину в первой инстанции.

Я прохожу между колонн и оказываюсь перед большим витражным окном, большую часть которого почему-то закрывает плотная ткань так, что внутрь попадает совсем мало света.

– А зачем оно здесь? – спрашиваю.

Юстин тут же бледнеет, как в первую нашу встречу.

Его уверенность и серьезность пропадает, им на смену приходят нервозность и полная потерянность. Он что-то невнятно бормочет, из чего я могу разобрать только:

– ..солнце вредно здешним фрескам.. и отделке.. раньше снаружи были ставни.. но полностью сгнили..

И неуверенно указывает на обломки у дверей, о которые я едва не зацепилась при входе.

Лео глядит на обломки все с большим сомнением, после чего хмурится и все-таки говорит:

– Ничего не понимаю. Подобные сооружения стоят веками, Почему в замке за каких-то двадцать лет все настолько пришло в упадок?

– Ну, это же Шотет умер только двадцать лет назад – резонно отвечаю – кто знает, за сколько лет до этого он совершенно перестал за всем следить..

– Джен, дело не в «следить», а в том, что подобные конструкции..

Слушая друга, между тем дергаю за ткань, закрывающую окно. В конце концов, повесим ее обратно, если так важно. Хватит с меня этого мрака и едва слабого освещения, которого хватает лишь на то, чтобы угадать силуэт собеседника.

Однако, ткань не поддается и я дергаю сильнее..

Заметив, что я делаю, Юстин спешно начинает пятиться к выходу:

– Ладно, я пойду.. Мне еще надо в архив, дорогу обратно найдете?

И вот наверху что-то трещит.. ткань ползет вниз и падает на пол, поднимая в воздух тысячи пылинок.

В помещение тут же хлещет, точно каким-то мощным потоком – долгожданный свет, но я не обращаю на него совершенно никакого внимания.

Как и Лео.

Как и Юстин, замерев и нервно переводя взгляд с меня на витраж.

Центральный витраж, который и закрывала злосчастная ткань, занимает изображение девушки.

Мое изображение.

-3-

Повисает гробовая тишина.