– Той, что подарен этот храм – повторяет Райт, пока мы с Лео пытаемся понять, почему там написано «храм» – то есть вам, мисс Бёрнелл.
– Хочешь сказать, это послание ей от владельца замка? –с сомнением уточняет Лео.
В глазах Юстина мелькает небольшое раздражение и он сухо отвечает:
– Я ничего не хочу сказать, кроме того, что озвучиваю очевидное.
– Именно, часовня – начинаю я опять – а тут написано храм.. и этот витраж..
Поднимаю голову:
– Так святых изображали. Такое чувство, что это как.. икона?
Понимаю, что звучат мои слова абсурдно.
Однако, опустив глаза на парней, не вижу в них и капли скептицизма. Они так же глядят на витраж и, кажется, всерьез обдумывают мое предположение.
– А ведь и правда выглядит, как лик святого – соглашается Лео – и одеяние такое же, как изображают часто на иконах..
– И написано храм – киваю я – а если это храм, то такое чувство, будто он возведет.. в ее честь?
Смущенно оборачиваюсь к Райту:
– Храмы могут возводиться в чью-то честь?
– Не знаю – озадаченно откликается он, не спуская взора с витража и, кажется, боясь после этого глянуть на меня, чтобы не лишиться в которой раз рассудка или, по крайней мере, дара речи – но в любом случае, храм это или часовня – его возводил на своей территории сам господин Шотет. Так что, следуя логике вещей, он мог возвести его в честь кого угодно. И никто бы ему ничего не вменил. Так что, отвечая на вопрос, думаю, да. Этот храм вполне мог быть возведен в чью-то честь.
–И не обязательно святого? – уточняю.
– Он прав, Джен – кивает Лео – это была его земля и его деньги. Он возводил что хотел и делал, что хотел. Не обязательно в таком случае придерживаться правил. Строго говоря, он мог взять любое изображение, заплатить денег, чтобы определенное лицо сделали в витраже в одеянии святого и подобном стиле, а после чего вставить сюда. Ничего сложного.
– Поэтому я и хотела найти дату… – хмурюсь -тогда стало бы понятно, Шотет изобразил эту девушку зачем-то святой, или кто-то сделал это намного раньше совершенно по другим причинам..
Кажется, друг улавливает суть моей мысли.
Что, если Лале при жизни успела сделать нечто такое, что возвело ее в ранг святых? Хотя, следуя прошлому – вряд ли она успела бы что-то сделать за пару дней до казни, которая ей грозит за портреты.. И все-таки..
Если бы узнать дату витража.
– Подожди – Лео вновь приникает к витражу – ну тут написано «той, что подарен этот храм» и дальше указания. Кто бы их не оставил, наверное же, он хотел, чтобы им следовали. Написано «секретов открывать глубины». Может, мы как раз что-то узнаем и поймем?
– Звучит логично – соглашается Юстин.
Кажется, он окончательно решил забросить весь свой рабочий график. Этот парень (мужчина), кажется, и впрямь озабочен этой часовней.
Что ж, учитывая его познания и начитанность – думаю, мне повезло, что моим наследством заинтересовался именно этот человек. Сможет мне помочь в чем-нибудь.. наверное.
– Первое действие – говорит Лео и читает «дождаться золотого часа». Я знаю это выражение. Так называет фотографы время, когда получаются лучшие кадры. Потому что солнечный свет тогда очень мягкий, рассеянный.
– Да – киваю я, тоже слышавшая нечто подобное – кажется, это время после рассвета.
– Как раз сейчас – возбужденно замечает Юстин – только надо поспешить, потому что это очень краткосрочный период..
– Так дальше – Лео опять склоняется – «спиной на восток стоять и устремить свой взор на запад. Три шага сделать лишь вперед. И вынуть медную пластину».
– Ты решил сразу все дочитать?
Он отмахивается:
– Ладно, сторону света легко определить по компасу..
– Где мы возьмем компас?
Юстин тяжело вздыхает, глядя на нас, как на самых бездарных учеников на свете:
– Сторону света можно определить по солнцу. Солнце встает на востоке, сейчас оно со стороны окна. Значит, и восток здесь – смотрит на меня – мисс Дженна, значит вам надо встать спиной к витражу.
– А, да! – я поспешно выполняю указанное – Лео, что там дальше?
– «Три шага сделать лишь вперед и вынуть медную пластину».
Я делаю три шага вперед.
Падающая из окна полоска света заканчивается ровно у моих ног, освещая плитки на полу. Благодаря этому могу различить в щели между ними что-то.. непонятное.
Но хотя бы что-то.
Не люблю шарады, которые заканчиваются ни с чем.
– Что-то есть! – окликаю их – идите сюда.
А сама уже склоняюсь, пытаясь поддеть плитки. Лео помогает мне это сделать гораздо быстрее и ловче и в следующее мгновение в наших руках оказывается пластина.
То, что она медная – мы понимаем по темно-зеленому налету, которым она покрыта сплошь и всюду.
– Что за черт? – кривится Лео, держа ее двумя пальцами, точно девица чашку чая.
– Медь окислилась от времени – спокойно объясняет Райт, перенимая пластину и держа ее совершенно уверенно.
– Там же как раз что-то про это было.. – бурчу я и кидаюсь обратно к витражу.
Нахожу последнюю строчку:
