А когда они леса стали рубить, то и услышали, что здесь есть человек, там есть деревня, и познакомились.
Зап. от Поташовой А. М. в с. Римское Пудожского р-на Карельской АССР в 1940 г. О. Г. Большакова, В. Р. Дмитриченко // АКФ. 8. № 143.
<...> Там жили беглецы от военной службы, сорок мужчин там было. Они лес выжигали, палками зерна зарывали, рыбу ловили, а потом уже связь с нашими деревнями у них стала. Они потом все были пойманы Меркушовым (старшиной) как разбойники и в Петрозаводск увезены.
У них была сделана даже водяная мельница, поля уж хорошие потом были. Давно это было; я мальчишкой был — мне отец рассказывал. А их всех ловили, когда он еще мальчишкой был, а жил он до восьмидесяти годов.
Зап. от Ярышева М. И. в с. Римское Пудожского р-на Карельской АССР в июле 1940 г. О. Г. Большакова, В. Р. Дмитриченко//АКФ. 8. № 119.
Дедушка Григорий был отцу моему отец. Вот я от людей слыхала: он служил на военной службе, в ту пору служба была двадцать пять годов. Старичок сосед с ним служил. Вот и убежали, убежали в сузёмок. У них поставлена избушка была с сенями, кладовочка, за Мошным за озером.
У маленького лесного озера на угорышке они жили, была я там на покосе. Мы были годов тридцать тому и в этой избушке спали. Нашли книги большие — темные корки, божественные, нашли чугуночек луженый, башмаки.
Они рыбу ловили, блюда точили деревянные и чашечки маленькие; подсеки были: рожь они сеяли.
Там они все и жили, скрывались сначала-то.
Сперва деревня им хлебом помогала: возили жито за блюда да за чашки, а они рожью помогали. С той поры и в Лопшеньге стали сеять.
Они где рожь сеяли, малинник разросся, как стены большие, крупнящая была малина.
Я отца-то чуть помню, а дедушка-то и не знаю какой был. Отец мой да мать про него сказывали.
Зап. от Майзеровой М. И. в с. Лопшеньга Приморского р-на Архангельской обл. в 1937 г. Н. И. Рождественская//У Белого моря. № 13. С. 34—35.
Али сузёмки-то? Смотри-ка там. Ведь раньше была двадцатипятилетня служба. Вот убежит парень туды, и два, три, а не искали. Убежат, там это обстроятся, домишко построят, рыбу ловят. А потом придут, по девушке возьмут — ну, и разведутся <...>.
Тридцать километров да двадцать деревня от деревни, ходили на лыжах друг к другу. А там два домика, там три домика, там четыре домика, а это всё — сузёмки... Это сузёмки-то вот так и начались. <...> это Колодозерский сельсовет. Там, знаете, сколько: там и Немозеро-деревня, там и Кодозеро-деревня, там и Укшезеро-деревня, там у Татарских деревня, там в скиту деревня, там Паезеро, там, ой, да там деревень, дан и не сочтешь, сколько есть.
И всё это, говорят, что вот уходили в старо время, уходили от армии <...>. Так и жили.
А теперь все там пустое...
Зап. от Суриковой А. А. в с. Чёлмужи Медвежьегорского р-на Карельской АССР 12 августа 1971 г. Н. Криничная, В. Пулькин//АКФ. 135. № 36; Фонотека, 1628/12.
<...> в царское время, когда была служба по двадцать пять лет в России, тогда люди бежали с армии и останавливались которы где могли остановиться. И вот в этой деревне остановились эти беженцы и опоселилися. И когда их нашли всех, как говорится, разоблачили, и с того времени назвали деревню Девятинами, так как их было девять человек.
Вот и от этого произошла деревня Девятины.
Зап. от Обрядина В. А. в дер. Анхимово Вытегорского р-на Вологодской обл. 17 июля 1971 г. Н. Криничная, В. Пулькин//АКФ. 134. № 60; Фонотека, 1622/18.
Хотели построить деревню — бросили икону в воду. Три раза бросали — и три раза она приплывала на одно и то же место. Куда икону принесло, там и деревню построили. Бирму хотели вначале выше построить: вода ведь здесь соленая.
Зап. от Поповой М. С. в с. Вирма Беломорского р-на Карельской АССР 9 июля 1969 г. Н. Криничная, В. Пулькин//АКФ. 135. № 126.
Здесь образовалась икона Петра и Павла. Ее нашли — и поселились здесь. Выше у реки было б получше: здесь ведь вода соленая. А так и поселились здесь. И церковь построили Петру и Павлу...
Зап. от Филатовой Ф. И. в с. Вирма Беломорского р-на Карельской АССР 9 июля 1969 г. Н. Криничная, В. Пулькин // АКФ. 135. № 127.
Хотели встать ва реку туда дальше. Но положили туда икону, встали утром — а она тут уже на наволоке сухом, на лесине. Тут и построили деревню: так и есть Сухое.
Из того лесу дома работали, колокольню сделали.
Была сперва часовня. Священника у нас не было никогда. Приезжал только в престольный праздник (у нас он был десятого августа) да на третий день после Пасхи...
А потом (уже при мне, я помогал строить) поставили колокольню.