На меня с улыбкой смотрит парень. Если и знакомый – то отдаленно.
– Юля, добрый день, – а вот он меня знает. В руках держит красивый букет – обвязанные широкой лентой высокие розы. Протягивает их мне. Я отсупаю и хмурюсь сильнее, а вот он улыбается еще шире. – Не узнала, да?
Понятия не имею, кто это.
Внимательнее смотрю на букет, потом в лицо.
Оно кажется мне располагающим. Глаза — добрыми. Передо мной стоит милый высокий русый парень.
– Игорь, – он же вкладывает в руки букет и сжимает кисть. Тянет к губам, целует с задержкой. А сам все с той же улыбкой смотрит в глаза. – На ДР у Смолиной увидел тебя. Нас даже знакомили, – хмыкает. – Я тебя запомнил.
– А откуда ты… – Оглядываюсь на здание суда и осознаю, что за нами наблюдают. Не охранники, а человек с сигаретой и чашкой кофе.
– Спросил у Лизы, где работаешь. До скольки. Запала в душу, Юль. Понравилась. Вечер свободный?
Подмывает сказать, что нет. К такой настойчивости я не привыкла. Хоть бы написал, что ли…
Я видела, что после Лизиных историй ко мне перешло человек тридцать. Кто-то просто посмотрел, кто-то подписался, кто-то полайкал.
Среди прочего, там были какие-то идиотские спорттовары. Я подумала, это трогательный сталкер Елизаветы. Получается, может и мой?
– Это как-то… – Смотрю на цветы, потом на склонившего к плечу голову парня. Он милый. Черт, он очень милый. Похож на моего брата. Так не хочется разочаровывать…
– Я креативный, – Игорь подмигивает, я в ответ неожиданно для самой себя смеюсь.
Слышу ставшие нехилым триггером шаги. Волнение возрастает в геометрической прогрессии. Не стоило бы, но я снова оглядываюсь. Потушивший сигарету и оставивший на крыльце чашку судья идет по дорожке. Не смотрит на меня. На Игоря тоже. Только идет-то зачем?
– Давай отъедем сядем где-то, Юль? Познакомимся? Если хочешь – скинь геометку Лизе, я не обижусь. Или у нее про меня спроси. Мы с детства друг друга знаем. Я не маньяк, – парень поднимает руки, я против воли смеюсь громче.
За спиной мимо проносится запретное тепло. Я втягиваю в себя запретный же запах туалетной воды.
Тарнавский делает вид, что мы с Игорем для него не существуем. Или это реальность, а не вид?
Направляется к своей машине. Открывает ее. Тянется к бардачку.
Злит меня так сильно, что это выливается в возможно опрометчивое:
– Хорошо, давай.
«Креативный» Игорь тут же берет меня за руку и тянет по проезжей части в сторону припаркованной под запрещающим знаком машине.
Я осознаю, что меня берут в оборот… И позволяю это.
Парень обводит меня вокруг капота, открывает дверь и помогает сесть.
Оказавшись под защитой лобового стекла, я зарываюсь носом в цветы и смотрю на машину через дорогу.
Не знаю, нашел ли Тарнавский то, что искал, но прежде, чем вернуться в суд, он медленно закрывает водительскую дверь и провожает взглядом моего… М-м-м… Поклонника?
Глава 18
Юля
Наше спонтанное свидание Игорь тянет на своих плечах. Не знаю, насколько он разговорчив в жизни, но для меня явно старается.
Везет в красивое кафе, просит вазу для цветов, интересуется, что я люблю и сам делает заказ. Спрашивает обо мне. Рассказывает о себе. Шутит.
А меня изнутри одновременно мучают и греют мысли о том, как наш отъезд выглядел в глазах одного неоднозначного судьи.
Или никак и ему все же безразлично, что там у меня на личном?
Вполне возможно. И лучше не углубляться в фантазии о том, как вычисляет имя владельца машины по номерам.
Скорее всего, ревность – мой удел. Его – смочь сдержаться, когда перед ним готовая на все пьяненькая девица.
Я пью безалкогольный мохито, ем вкуснейшее карпаччо из осьминога, а после – ультра-сырную пасту.
Десерт Игорь заказывает мне вопреки протестам. Больше не лезет, но я все же пробую кремовое шу, слушая одну из многочисленных историй из насыщенной мажорской жизни Игоря Линчука.
Его отец занимается чем-то жутко денежным и серьезным. Сын интересуется арбитражем трафика. Он на год старше – только закончил международные финансы. Впереди у него очевидно блестящее будущее. И вот на пути к нему его привлекла Юля Березина.
Приятно? Приятно.
Но не более.
После кафе я не против прогуляться. Мы едем на набережную, паркуемся так же беспечно, как и возле суда. Подозреваю, эвакуаторы этой машине не страшны.
Я была бы не очень рада, начни Игорь приставать, но он держится молодцом. Даже за руку не хватает. Несколько как бы случайных касаний, после каждого из которых я прислушиваюсь к себе в ожидании мурашек. Не идут.
Но и закрываться ракушкой я не спешу. Даже когда ноги устают и вполне можно было бы сказать, что мне пора домой, позволяю затащить себя ненадолго еще и в бар.
Больше на те же грабли не наступлю, позволяю заказать себе только бокал настоящего французского шампанского. Если честно, никогда не пробовала. И, если честно, особой разницы с более бюджетным игристым вином не чувствую, но молчу об этом.
Да и вообще по-прежнему больше молчу.
– Устала со мной? – парень спрашивает, уже когда мы на пограничной скорости влетаем на красиво освещенный мост. Солнце заходит. Я смотрю на это и ловлю момент счастья.
