– Да нет, не возмущен. – Он откидывает челку с лица. – Но жаль, что ты со мной это не обговорил. Мы со Слоан больше не уверены, что Гейб был за рулем.
Я замираю.
– В каком смысле?
– Мы нашли зацепку недавно, – объясняет он. – Я хотел тебе рассказать об этом сегодня, ну, уже вчера… – Он косится на первые лучи солнца, прорывающиеся сквозь оконные занавески. – Но тебя сутки не было. И появился ты только на боях.
Киваю.
– Я уехал в город после разговора с Кейси. Не мог оставаться на территории, мне надо было куда-то убраться.
– Кейси? – непонимающе повторяет он. – А с ней ты когда говорил?
– Утром к ней ходил. И она мне рассказала про них с Лоусоном.
– А что у них с Лоусоном? – У Эр Джея отвисает челюсть, хотя я еще даже не ответил. Умный он, мой сводный брат. – Чтоб меня. Он не мог.
– Еще как смог. – После чего я насильно изгоняю из головы все мысли о бывшем друге. У меня и так забот по горло, начиная вот с этой бомбы, которую Эр Джей только что кинул мне в руки. – Так что там про зацепку насчет Гейба? И почему ты не мог просто мне написать?
– Я не оставляю электронных следов, сам знаешь.
– Ты и твой чертов хакерский кодекс. И что вы узнали?
– Гейб всю ночь был с Милой. Они ушли с выпускного к ней в общагу, и она высадила его здесь на следующее утро.
Резко втягиваю воздух.
– Серьезно?
– Так Мила говорит.
– Тогда зачем он просил с ним встретиться? – спрашиваю я, окончательно запутавшись. – Мы собирались зависнуть. Он бы написал мне, если бы вместо этого уехал с Милой.
– Не знаю. Кто знает, можно ли ей верить вообще. Да и потом, даже если они и
– Господи. Какой бардак.
– Что с копами вышло? – мрачно спрашивает он.
– Да мало чего. Я во всем признался и потом сидел в комнате для допроса часа четыре. Приехал папа, забрал меня. Остановился неподалеку. Через несколько часов надо будет опять с адвокатом встретиться.
– Черт. Насколько ты влип?
– Папа, кажется, верит, что они смогут спасти меня от тюрьмы. Я вот не так в этом уверен.
Мы оба сидим, переваривая эту вероятность. Эр Джей смотрит на меня, но молчит, словно не зная, что сказать. Но мне это даже в радость, честно говоря. Я за этот вечер столько говорил, что просто благодарен за тишину.
Когда мы убираем тарелки после завтрака, Слоан хмуро смотрит на мою почти нетронутую порцию. Папа ушел на работу, пока мы с сестрой еще были в кроватях. В учебные дни он выходит из дома в половину восьмого, чтобы быть в кабинете без четверти.
– Ты в порядке? – спрашивает она. – Выглядишь не очень.
Выкидываю блинчики в мусорку, несмотря на тотальное расстройство Пенни и Бо, которые смотрят на меня большими грустными щенячьими глазами.
– В норме.
Слоан начинает ополаскивать посуду, пока я загружаю все в посудомойку. Рутина даже немного помогает.
– Просто устала, – добавляю я, потому что она не сводит с меня пристального взгляда. – И в школу совершенно не хочу.
Мы молчим по дороге до Святого Винсента и расходимся в коридоре, не сказав ни слова. Словно в замедленной съемке, я заставляю ноги тащить себя к шкафчику. Даже улыбающееся лицо Жас не может меня подбодрить.
– Где тебя, блин, носило? – нападает она, когда я подхожу, и упирает руки в бедра. – Все выходные тебе написывала.
– Знаю. Прости. – Открываю шкафчик и устало перебираю стопку учебников. – Была… занята.
– Поделишься?
Взяв учебник алгебры, я со вздохом поворачиваюсь к ней.
– Давай потом? Это долгая история.
– Ладушки. – Она тыкает в мой учебник пальцем. – Обед. Ты. Я. Сплетни. И много.
У меня прорезается искренняя улыбка.
– Поделишься? – копирую ее. – Что это у тебя были за таинственные планы вечером субботы, о которых ты отказывалась говорить?
Захлопнув свой шкафчик, Жас подхватывает меня под руку.
– Ходила на свиданку с Греем, – признается она.
– Да ну, – распахиваю глаза я.
– Да-да. – Она неловко улыбается. – Он церковный мальчик, Кейси.
– Что-то непохоже, учитывая, что он изменяет своей девушке.
– Нет, я буквально. Он пел в хоре лет до тринадцати. – Она громко вздыхает. – Почему не предупредила меня, что он такой хороший? Я не люблю хороших. Они слишком… хорошие.
Начинаю смеяться.
– Во-первых, быть хорошим еще не преступление. Во-вторых, повторюсь, какой же он хороший, когда изменяет?
– Разве можно его винить, учитывая то, с кем он встречается? – фыркает Жас.
– Ну да, немного. Не так уж сложно сначала бросить, прежде чем начинать с кем-то другим.
Вот спросите Фенна. Не о «ком-то другом», а о том, как просто кого-то бросить.
Воспоминание о его позднем визите и последовавшем следом признании не дает мне покоя все утро. Я этой ночью глаз не сомкнула. Не могу больше ни о чем думать.
