– О нет, Рита, почему ты все мои действия извращаешь?! Я же сказал, у меня лишь два варианта прекратить твою истерику, и давать тебе пощечину я не собирался, потому и поцеловал! Никаких подводных камней, никаких интриг и многоходовок, я абсолютно чист перед тобой!
– Зато я очень хочу дать тебе пощечину и не только ее! – горячо произношу, все еще до конца не успокоившись. Внутри меня бурлит котел с кучей перемешанных эмоций. Я была бы рада в них разобраться и разложить по полочкам, но что–то никак не удается. – Хочу, но не буду, – произношу, выдыхая.
Предел есть всему, даже истерике. Тем более истерике.
– Маргариточка, можешь хоть избить меня, если тебе станет легче. Я перетерплю, я заслужил. Главное, поверь, я не хочу забирать у тебя детей, у меня ни секунды не было такой чудовищной мысли! Ты что! Наоборот, я хочу, чтобы вы с детьми меня к себе забрали! Я сказал матери, что в ЗАГСе поменяю фамилию, возьму твою. Я с тобой! Всегда был на самом деле, даже когда малодушно оставил, не признавшись в собственных планах. Я так боялся, что ты найдешь другого, что разрушил все, что было между нами, собственными руками. Я такой клинический идиот. Но я всегда любил и сейчас люблю лишь тебя одну.
– Лжец, – зло цежу сквозь зубы и слезы, затопившие уже мою кофту. Истерика не ушла, она стала тихой, без огонька. – Ты лжец. Я не попадусь снова в твою ловушку, не попадусь.
– Конечно, не попадешься, ведь ее нет и не было. Ловушки этой. Был один эгоистичный идиот, то бишь я, и прекраснейшая из девушек на свете, то бишь ты. И все. Я, дурак, поверил родителям, решил, что всех спасу. А на деле надо было брать тебя и уезжать в целях безопасности, а не играть непонятно в кого. До настоящего шпиона я все равно не дотянул.
– Что, значит, поверил? – настораживаюсь, вычленяя странную фразу из сказанного Волчанским. – Им не нужна была твоя помощь? Они были заодно с Мирошниченко?
– Нет, помощь была нужна, но, оказалось, мои родители – те еще эгоисты. Потому–то я и пришел с утра пораньше, я не думаю, что мама с папой оставят нас в покое. Я уезжал, объявив, что ушел из дома, что больше точно не вернусь, и позаботился о том, чтобы никак не быть связанным с ними. Но они узнали о внуках. Клянусь, не от меня! И, боюсь, я не знаю, что они могут предпринять ради общения с Сашей и Антоном, – делает максимально искренние глаза Волчанский. – Прошу, поверь мне. Оказывается, они узнали о том, что я отец раньше меня, я с утра не выдержал, не спал толком, позвонил, знаю, что мои рано встают. А мать мне сразу после приветствия задает вопрос. Как раз тот, что ты предположила.
Он вдруг тушуется и опускает глаза. Стыдно за мать? Или хорошая игра, и он на самом деле с ними заодно?
– В смысле, она узнавала, когда ты планируешь забрать у меня детей?
Слезы моментально высыхают, сейчас нужно быть собранной.
– Да, этот вопрос, – кивает все еще понурый Демид. – Еще добавила, что они с отцом уже все решили. А потом связь прервалась. И я прибежал к тебе, к вам, испугался, – заканчивает он сумбурно, вновь смотря мне в глаза.
И глупому сердечку так хочется поверить его словам, его честным глазам и искренним клятвам. Но, к счастью, у сердечка есть еще и мозг, и именно он главный в организме.
Но от какой–либо реакции на слова Волчанского меня избавляет очередной звонок в дверь. И снова настойчивый. Что в свете информации, полученной от Демида, заставляет зашевелиться мои волосы от страха… Глава 52
– Только не говори, что там пришла твоя мама, – произношу, и из меня вырывается нервный смешок. – Ты, конечно, знаешь, кого я обвиню в этом визите, да?
– Обвиняй, Рита, я бы все равно отправился на твои поиски, и мы бы в любом случае пришли в эту же точку, – отвечает Демид, хмуро рассматривая входную дверь. – Разве что мог бы не говорить им, что занимаюсь именно твоими поисками. Но я не хотел рвать отношения с родителями полностью, это ведь мама с папой, какими бы они ни были. Один раз уже пытался не общаться с ними.
Вот жажду я злиться на Волчанского, правда, жажду. Но не могу.
Он один раз ушел из родительской семьи ко мне, я тогда не лезла, он сам так решил. Но хорошо ли это было? Разумно?
Не уверена.
Тем более они его перетянули обратно. Пусть и с просьбой о глобальной помощи.
Но ведь Демид не канат, чтобы его тягать туда–сюда. Да и я не собираюсь играть в эту игру. Я встречала семьи, где законная супруга постоянно негласно воюет со свекрами в перетягивание мужа. Такое себе удовольствие, как по мне.
Я не буду ставить ультиматум: либо они, либо я. Я просто уйду в сторону. Для меня не участвовать в этом фарсе уже победа. Если мужчина не может самостоятельно найти баланс между родителями и собственной супругой, то, может, стоит дать ему повзрослеть и понять, как жить в мире со всеми.
Новый звонок в дверь заставляет меня подскочить на месте.