— Не надо, спасибо…Я за Машей поехала… Она у подруги…, - говорю бессвязно, и такая же суматоха в голове.
— Я тебя отвезу, — чуть резче настаивает Иван.
— Не надо. Сама.
— Тогда заеду вечером, — тон не терпит возражений.
Не сейчас. Сейчас так не вовремя начинать в любовь.
— Вань, не сейчас. Дай мне прийти в себя. У меня в голове хаос. И здесь тоже хаос, — я кладу руку на грудь. — И я не знаю, как мне жить дальше. Сейчас не время для новых отношений.
Я одеваю свою куртку и сапоги и выхожу прочь, стараясь не смотреть на него, опёршегося о стену, провожающего меня взглядом карих глаз. На глазах слёзы и тонкие струйки моих обид и разочарований текут по щекам к подбородку. Мысли, как маятник возвращаются от вчерашних слов Андрея: "Скажи спасибо, что тебя подобрали" до горячих губ Вани, покрывающих мелкими поцелуями всё моё тело. Стало жарко, и щёки стали пунцовыми. А может к лучшему, что вечер не закончился пьяным сожалением по самой себе.
Я вызываю такси. У меня совсем немного времени забрать Машу у Ланки и по известному утреннему маршруту: детский сад-работа. Лана ответила сразу на мой звонок.
— Пропажа, привет! — Радостно приветствует Ланка.
— Лана, я переспала с Ваней, — я тут же начинаю с главного приветствия.
— Какая прелесть! — Получаю от подруги смесь удивления с нескрываемыми нотками радости. — Я думала, ты с Андреем миришься, и мы с Машей не беспокоим тебя. Ну, этот вариант мне нравится больше.
— Лана, Андрей такая сволочь.
Слезы опять стоят в глазах.
— Я тебя предупреждала, что такие люди как твой зайчик, жонглируют людскими судьбами играючи. И играючи их разбивают.
— Я знаю. Точнее, знала. Я подъеду через пятнадцать минут.
— Ок. Я поняла. Собираемся.
Машка раскрывает свои детские, безумно любимые мною объятия, и я сгребаю её, чтобы на секунду уткнувшись в шею, вдохнуть запах молочной нежной кожи, запах детства и родного существа.
— Мамочка! — взвизгнула Маша.
— Я тоже скучала по тебе, мой малыш.
— Ты присмотрись к своему ночному приключению. — Ланка смотрит на моё лицо с интересом.
— Это ошибка, — отрезаю сразу же.
— Твой трёхлетний брак — это ошибка, а человек, прилетевший к тебе по первому зову, достоин большего определения, чем ошибка.
— Лана, мне так хорошо было. Но это просто физика.
— Дура. Без химии нет физики, — ткнув меня кончиком пальцев поверх груди, говорит Лана.
— Созвонимся, — бросаю напоследок и сажусь с Марией в жёлтое такси.
Суматошный вечер и неожиданная ночь, и я полностью не собрана на работе и совсем не в рабочем настроении. Без макияжа и с пучком на затылке, который скрутила наспех в такси. Со стороны смотрюсь, наверное, как после долгой и шумной вечеринки. Практически так и было.
От Вани прилетело милое сообщение с нежным: «Целую» в конце.
— Присмотрись, — в голове звучит Ланкино утреннее приветствие, и я опять выкидываю образы мужчин своего вчера. Маятник почему застрял на стороне с коротким именем Иван.
— Ты что, приболела? — Юлька, как всегда, одетая с иголочки, окинула своим любопытным глазом.
Я громко кашлянула.
— Да, Юль. Опять эпидемия гриппа в детском саду, — и улыбаюсь тому, как Юлька ретируется от меня подальше.
— Не у всех так ладно в жизни. — Смотрю на её новый брендовый костюм и бурчу про себя.
Не знаю как, но разговор по душам с Иваном закончился дуэтом в его красивой большой кровати. А может, я хотела почувствовать себя женщиной? Желанной женщиной. Чего я так давно не чувствовала с мужем?
— Позволь мне вас сегодня забрать, — на телефон опять пришло сообщение от Мелихова.
Я кручу в руках телефон.
— Давай на какое-то время пусть между нами будет пауза, — мне честно хочется увидеть его сегодня и мой ответ — очередная ошибка.
Но… Если и начинать отношения, нужно разобраться с предыдущими и со своей любовью к другому человеку. Только я чувствую к нему только злость. Страсть, перерождающаяся в отчаяние, сменилась пустотой. Я нажимаю клавиши, и они играют тишину. Так умирает моя любовь. Я вздыхаю и выкидывая напрочь Андрея и Ивана из своей головы, и останавливаю маятник посередине — на себе.
***
Бывший муж. Я заставляю себя думать об Андрее теперь только так. Хотя иск о разводе ещё лежит у меня на рабочем столе. Это как последняя точка, для которой я набираюсь моральных сил. Я взглянула ещё раз на исковое заявление. Мои родители не в курсе моих семейных баталий. Я всё это время отодвигала серьезный разговор с ними на потом, но тянуть дальше уже нет смысла.
Я, вздохнув, включаю видео звонок с абонентом мамочка и готовлюсь к «радостным» новостям, которыми я сейчас собралась поразить родителей.
— Мама, привет! — Я весело поздоровалась с мамой.
— Олесенька, здравствуй, доченька. Как дела?
— Все хорошо. Мам, ты только не волнуйся, — я стараюсь подготовить свою нервную родительницу, но уже вижу её беспокойное лицо после моей фразы: «Ты только не волнуйся», сказанной с другой целью.
— Что-то случилось? Маша здорова? — Мама беспокойно вглядывается в моё лицо.
— С Машей всё нормально. Я развожусь с Андреем.
Мой ответ не сильно удивил мою мать.
— Мы с отцом давно догадываемся, что у вас не все ладно.