Я вдруг улыбнулась, поражённая его наглостью и этаким мягким коварством. Он же смотрел на меня открыто, но в глубине его серых глаз я видела вызов.
– Пока у меня нет диплома, я не имею права продавать свои изделия, – ответила ему.
– Но можете подарить, – подметил он с улыбкой. – Я знаю законы Айвирии. И готов подарить вам что-нибудь в ответ. Вот чего бы вам хотелось?
– Никогда вас больше видеть, – буркнула я и только потом поняла, как грубо это прозвучало.
В лице Корна не дрогнул ни один мускул, но в глубине глаз я увидела отголосок сожаления, который сразу же пропал, а его взгляд снова стал спокойным и почти равнодушным.
– Боюсь, самый просто способ выполнить это ваше желание – лишить вас зрения, – сказал он. – Не уверен, что вам понравится такой вариант.
– А просто исчезнуть из моей жизни вы не можете? – бросила я иронично.
– Я подчиняюсь чужим приказам, Микаэлла, – ответил он. – Если его величество прикажет мне следить за вами и быть рядом, то я не смогу отказаться. Но, как я понимаю, вы готовы сделать для меня артефакт. И сейчас вопрос стоит лишь в том, что получите взамен.
– Да, я могу сделать то, что вам нужно, – ответила без сомнения. – А за это хочу…
Я могла бы попросить деньги, драгоценные камни для работы, вергонское золото, идеально подходящее для артефактов. Могла бы, наверное, потребовать разрешение вернуться в столицу Вергонии или даже потребовать снять с отца обвинения. Но именно последняя мысль натолкнула меня на другую, более реальную просьбу.
– Я хочу получить материалы дела моих родителей. Там ведь точно есть показания свидетелей, подробности суда и прочее, – сказала, в последний момент опустив взгляд.
Корн задумчиво хмыкнул. А когда я снова посмотрела ему в глаза, он вдруг медленно кивнул.
– Копии вас устроят? – спросил он. – Оригиналы мне вряд ли пришлют. В управлении жутко дотошный архивариус, он не позволит надолго забрать дело. Но вот копии снять разрешит.
Такой ответ меня удивил и обрадовал. Я-то была уверена, что придётся торговаться и не ждала такого простого согласия.
– Устроят, – ответила ему. – Ну, и с вас всё необходимое для изготовления. Я напишу список.
– А с вами приятно сотрудничать, – ответил он. – Дело будет у меня завтра. В остальном, всё зависит от вас. Правда, я очень тщательно изучил все документы о том преступлении ваших матери и отца. Если вас интересует что-то конкретное, могу ответить прямо сейчас.
Это звучало очень заманчиво. Даже слишком.
Вчера мама рассказала мне много о той истории. Говорила она искренне, делилась чувствами, утверждала, что ничего от меня не скрывает. И когда я слушала её, смотрела в её честные глаза, то верила каждому слову. Но ночью с моего сознания будто начала медленно спадать пелена. Снова прокрутив в голове услышанное от матери, я нашла несколько нестыковок. Мой мозг артефактора привык тщательно анализировать имеющиеся данные, выискивать слабые места в цепочках формул. Потому и мамин рассказ я привычно разложила на составляющие и попыталась осмыслить. Вот тогда в нём и нашлись моменты, которые противоречили тому, что рассказывал отец. Следовательно, кто-то из родителей врал, и мне было очень важно выяснить, кто именно.
Увы, как бы я ни была рада обнять маму, после встречи с ней в душе остался тёмный осадок. Да, она старалась убедить, что желает мне только добра. И, пока она была рядом, я ей верила, причём почти безоговорочно. Но стоило вернуться в общежитие, обдумать всё услышанное, попробовать посмотреть на ситуацию со стороны, и картина стала казаться совсем другой. А что хуже всего, я очень ясно поняла, что мама воздействовала на моё сознание. Не знаю, специально или это просто происки её дара, но факт остаётся фактом. К тому же, ведьма её силы и возраста наверняка должна уметь контролировать свои способности.
– Скажите, лорд Корн, – начала я, собравшись с мыслями, – почему на самом деле его величество оставил в живых моего отца?
– Это знает только его величество, – проговорил мой собеседник. – Но у меня есть некоторые догадки, которые подкреплены кое-какими выписками из материалов дела. И я готов поделиться с вами своими мыслями. Но в ответ на одну услугу.
– И какую же? – спросила настороженно.
– Зовите меня Далтер или Далт. Буду рад, если начнёте обращаться ко мне на «ты» и позволите перейти с вами на более неформальную форму общения.
Говорить этому ужасному человеку «ты»? Он серьёзно? Да у меня же язык не повернётся!
И всё же отказываться я не стала.
– Далтер? – произнесла негромко. – Ты. Не уверена, что смогу.
– У тебя уже получается, – ответил он, а его улыбка стала по-мальчишески тёплой и открытой. – Ну же, Микаэлла, соглашайся. Со мной вполне можно дружить.
– Пф! – выдала я, перевела взгляд на полигон… и к своему удивлению, увидела, что участники сражаются теперь один на один.
Это что же получается, я умудрилась пропустить выступление Артейна, ребят из моей команды, и просто не заметила, как прошёл первый тур и начался второй?
