Направляясь к комнате принца, Далт перечислял в голове все артефакты, которые сейчас были на нём, раздумывал, прихватить ли оружие. Вряд ли Мику отправили сразу убить принца, это оказалось бы слишком просто. Нет, у неё явно другая цель. Скорее всего, ей приказали вывести его из академии, да так, чтобы никто не видел, а потом передать сообщникам. Что ж, Далт с радостью прогуляется с ней, а с ним и вся команда его агентов.
А вот степень причастности Микаэллы ещё предстоит выяснить. Да, по словам Лорая, сейчас она под зельем подчинения, но ведь на встречу со злоумышленниками пошла по собственной воле. Значит, вполне может быть с ними заодно.
Перед дверью в комнаты Тейна Корн остановился и посмотрел по сторонам. Появившийся в углу Лорай быстро кивнул ему и тут же пропал, слившись со стеной. Значит, всё под контролем, а девушка внутри. Что ж, пора начинать спектакль.
В гостиной было пусто и тихо, но Корн не таился, шагал открыто, как вёл бы себя Тейн. В спальню он вошёл, делая вид, что точно не ожидает встретить там никого постороннего.
Но когда увидел Микаэллу… давно огрубевшее и чёрствое сердце неожиданно пропустило удар, а потом мгновенно ускорило свой бег, застучало так быстро, что в груди кольнуло болью.
Девушка сидела на кровати, и из одежды на ней красовался только тонкий плед, который она обмотала вокруг себя, подобно платью, открывающему плечи. А как только Мика увидела хозяина комнаты, медленно поднялась на ноги… и сбросила с себя мешающую ткань.
Корн сглотнул. Его взгляд, как привязанный, опустился с лица взволнованной Микаэллы на полную обнажённую грудь, скользнул на плоский подтянутый живот, переместился ниже, где в излучине ног не нашлось ни единого волоска… и мысленно отвесил себе подзатыльник. Микаэлла была красива, он давно это отметил. Но сейчас её красота будто ударила его под дых.
Зелёные глаза Мики сияли колдовским огнём, тёмные локоны струящимся водопадом опускались до самой талии, а, когда девушка чуть закусила губу, самообладание Далтера начало трещать по швам.
– Микаэлла… что ты здесь делаешь? – сказал он голосом Тейна, и это немного отрезвило.
Ведь Мика пришла не к нему, а к принцу, и разделась она сейчас именно для Артейна. Скорее всего, это приказали ей те, кто напоил зельем подчинения. А значит, прикасаться к ней Корн просто не имеет права.
– Тейн, – выдохнула она и направилась к нему.
Её руки обвили его шею, острые соски прижались к ткани рубашки, но Корн не позволил себе даже шелохнуться.
– Я весь день сегодня не находила себе места, думала о нас, – томным мягким голоском проговорила Микаэлла и потёрлась носом о его шею. – Я поняла, что всё ещё люблю тебя.
Её губы коснулись его подбородка, а у Корна по позвоночнику пробежали мурашки. В штанах уже давно стало тесно, а теперь желание обострилось до максимума. Наверное, если бы не вчерашний поцелуй, который он им обоим по глупости позволил, сейчас ему было бы проще сопротивляться этой демонически красивой обнажённой нимфе. Но Далтер слишком хорошо помнил вкус её губ, сладость дыхания, заглушённые, но такие честные стоны.
– Я понимаю, что нам вряд ли позволят быть вместе, но… – продолжила Микаэлла, – пожалуйста, подари мне хотя бы эту ночь. Я очень по тебе соскучилась.
Она потянулась к его губам, и Далт ответил. Решил, что разрешит себе только один поцелуй, подыграет ей немного, а потом остановится. Ведь не могли злоумышленники не предусмотреть вариант, в котором Тейн откажется с ней спать. Вероятно, это соблазнение они задумали, чтобы усыпить его бдительность и сильнее посадить на крючок привязанности к Мике.
Корн всё-таки обнял её, прижал к себе ещё крепче, запустил руку в тёмный водопад волос на затылке и поцеловал: мягко, нежно, чтобы не спугнуть. Но девушке было мало прикосновения губ, она сама коснулась языком кончика его языка, и Далтер ответил на её ласку с не меньшей страстью.
Но вдруг ощутил странный привкус… и резко отстранился. Растерянная Мика уставилась на него пьяными от желания глазам и снова потянулась к его губам, но Далтер остановил, придержав её за плечи.
По нёбу растекался вкус зелья – судя по всему, Микаэлла держала во рту шарик, наполненный этой гадостью, а в момент поцелуя, раскусила. И теперь они оба глотнули неизвестной гадости. Но что это? Яд? Вряд ли. Но если прямо сейчас выпить универсальный нейтрализатор, который Корн всегда носил с собой, то и оборотное зелье действовать перестанет, и игра пойдёт коту под хвост.
– Чем ты меня угостила, признавайся? – строго и холодно проговорил он, глядя девушке в глаза.
– Не понимаю, о чём ты… – прошептала она растерянно, снова потянулась к нему и с искренностью попросила: – Поцелуй меня. Пожалуйста…
В её глазах всё сильнее разгорался голод, пальцы начали немного дрожать, а дыхание участилось. Корна и самого вдруг бросило в жар, а рука сама собой переместилась с плеча Микаэллы на её правую грудь.
Сознание будто заволокло туманом, а желание прямо сейчас взять эту девушку стало поистине нестерпимым.
