Далтер дёрнулся на верёвках, попытался освободиться, но какой там? В этот раз его связали основательно, не оставив ни единого шанса. Его душа сжималась в комок от одного взгляда на такую разбитую и напуганную Мику. Всё в нём будто переворачивалось, а нутро затопило чувством безысходности.
А когда кридонец провёл кончиком ножа по тонкой коже под подбородком Микаэллы, Далт понял, если её здесь убьют, он сам уже жить не сможет. Но и выполнить условия Сайроса было невозможно. Ведь Далтер уже клялся, что будет всегда защищать Артейна.
Капли крови медленно стекали по девичьей шее, Мика уже просто выла от страха, а Далт вдруг вспомнил о вчерашнем ритуале. Неужели у них не получилось? Ведь если бы всё прошло правильно, сейчас он бы чувствовал хотя бы отголоски её эмоций, её боли. Смог бы часть перетянуть на себя.
Он даже сам попытался потянуться к Мике, послать ей волну спокойствия. И был немало удивлён, почувствовав, что она сейчас довольно далеко и, кажется, зла и взволнована, но точно не в истерике.
То есть получается…
Вот тут-то он и понял, что перед ним просто разыгрывают вот такой интересный спектакль. Даже стало смешно от собственной наивности. Ведь почти поверил, даже закрыл глаза на нестыковки в поведении девушки. Ведь начал прикидывать, как обойти клятву.
Глупец.
– У тебя минута! – рявкнул кридонец. – Или соглашаешься, или… ей не жить.
Далтер изобразил сомнения, потом принял печальный вид и ответил:
– Я не могу дать тебе такую клятву. Мне очень жаль Микаэллу, но… видимо, такова её судьба.
Сайрос подобного точно никак не ожидал, как и удерживаемая им девушка. Они уставились на Корна с одинаковым изумлением, а с лица Мики пропал и испуг, и следы истерики.
Ну вот, что и требовалось доказать.
– Подонок, – прорычала лже-Микаэлла и тут же рванула к Далтеру.
Она с силой ударила его ногой по левому повреждённому колену, будто точно знала, куда именно стоит бить. Потом двинула ещё, и ещё раз… Далт терпел, сжимая зубы, хотя ногу простреливало болью. Но когда изображающая Мику особа выдохлась, он не спешил радоваться.
– Гив, разукрась-ка нашего пленника, да так, чтобы живого места не осталось, – сказала она, садясь на стоящий в углу старый табурет. – Он сотрудничать с нами всё равно не станет. Так что можно с ним заканчивать. Только бей так, чтобы подольше растянуть его агонию.
Кридонец подчинился сразу, не раздумывая и не сомневаясь. Он просто подошёл и тут же принялся обрушивать на висящего беззащитного пленника удар за ударом, да ещё и нож в ход пустил. Далт пытался защищаться ногами, но тут же получил по ним, да так сильно, что хрустнула кость. Больше он рыпаться не стал, наоборот, всеми силами попытался отрешиться от происходящего. Отстраниться, погрузить сознание в медитативный транс… увы, не получалось.
Тело прошивала боль от новых и новых ударов. Кровь из рассечённой брови залила лицо, дышать получалось с трудом, голова отказывалась подниматься, висела на шее, словно у тряпичной куклы.
А когда его мучитель вдруг остановился, Далтер не сразу поверил, что ещё жив.
– Пусть повисит, – донёсся до него голос Мики. – Есть у меня идея, как нам выиграть эту партию. Пусть он к моей драгоценной племяннице равнодушен, но она к нему – точно нет.
Она встала, подошла к кридонцу и погладила его по плечу.
– Иди, Гив. Через час у тебя главная Игра. Притащи сюда Артейна. Но если не получится, то хотя бы Микаэллу. Активируй артефакт только после того, как убедишься, что посторонних он не перенесёт, а то получится, как с этим в прошлый раз… – они кивнула на Далтера.
– Будет исполнено, – коротко кивнул кридонец, а Далт убедился, что парень под подчинением. Только под каким-то куда более мощным, чем можно добиться зельем.
Гивор вышел, прикрыв за собой дверь подвала, а вот ведьма, изображающая Мику, осталась. Она неспешно сделала несколько шагов, остановилась в метре от висящего пленника и посмотрела в его заплывшие от ударов глаза.
– Ничтожество, – сказала с презрением. – Нужно было давно тебя поймать или просто прикончить по-тихому. Но я, дурная, хотела обойтись без дополнительных жертв. А сейчас смотрю на тебя, и мне ни капельки не жалко. Ты заслужил каждый полученный удар.
– Зачем тебе… Тейн? – кое-как ворочая языком, проговорил Далтер.
– Мне нужен только его дракон. Сущность, – ответила она.
– За…чем? – повторил вопрос Корн.
– Хочу восстановить справедливость, – усмехнулась она. – Почему это в Вергонии есть драконы, а в других странах нет? Это как-то неправильно.
– И кому же… – Далт закашлялся, сплюнул в сторону кровь и попытался снова заговорить, но ведьма и так поняла ход его мыслей.
– Ну догадайся, ты же умный парень. Ответ уже и так на поверхности, – проговорила ведьма со странной весёлостью.
– Кридония. Король? – прошептал Корн. – Принц?
– Принц, – покивала ведьма. – Этот ритуал связан с огромным риском, а наследник престола всего лишь маг, да и не самый сильный. И он очень желает стать драконом.
– И что же получишь… – он снова начал кашлять, а лёгкие пронзило болью, видимо, от сломанного ребра.
