Я перевел взгляд на чердак двухэтажного дома. Вернее, на место, где он был. Прямое попадание мины снесло чердак, перебило перекрытие. Пулеметчик погиб, непонятно как уцелел сам пулемет. У противника явно хороший наводчик, удачно кладет мины.
– Скольких ты потерял?
– Четверых убитыми. И семерых ранеными. Трое, к счастью, легко.
– Себя ты тоже к последним относишь? – бросил я взгляд на Капителова.
Тот только скрипнул зубами…
Атака продолжалась где-то полчаса. Потом противник отошел, а миномет работал еще минут десять. Держал бойцов на месте, чтобы не пытались организовать преследование. Враг явно считал их способными на такой шаг. Хотя никто о погоне и не помышлял. Выстояли, и то хорошо.
Едва огонь стих, Капителов, которому к тому времени успели оказать помощь, начал обход позиций. Итог обхода был неутешителен. Из строя выбыла треть отряда. В числе способных держать оружие трое легкораненых.
Командир гарнизона оптимистически относил к ним и себя, но, на мой взгляд, он продержится на ногах минут тридцать-сорок. Большая кровопотеря, боль, шок – пока адреналин играет в крови, ходить можно. Потом все.
Видимо, понимая это, Капителов приказал своему заместителю в случае чего принять командование обороной на себя. И сейчас спешно готовил отряд к новому бою. Что он вскоре последует, никаких сомнений. Капителов сообразил – первый наскок был разведкой.
– И связь как назло отсутствует! – в сердцах сказал он. – Оба канала забиты!
– Связь тебе не поможет, – возразил я. – Думаю, на помощь никто не придет.
– Почему?
– Потому что некому. Вряд ли напали только на Доручу. Если я не ошибаюсь, под ударом пять-шесть поселков, опорные пункты магистрали и, наверное, Самак.
– С чего ты взял?
– Так… мысли…
Я не стал высказывать свои соображения по этому поводу. Капителов не поймет, да и незачем ему забивать голову сомнениями перед новым боем. Хватит того, что у самого сомнений хоть отбавляй…
Сомнения у меня возникли еще во время рассказа Капителова. Не так я себе представлял настоящее нападений каганата. Один миномет, один пулемет, два десятка солдат… Полчаса боя, отход, никакого беспокоящего огня… Единственное, что приходит на ум, – это была разведка боем. Либо отвлекающая акция. Либо я вообще ни хрена не понимаю обстановку и все мои выводы – чушь.
Может, каганат выбрал иное место прорыва, а здесь проводит операцию прикрытия и блокирования? Но куда он тогда полез?
Словом, одни вопросы и никаких зацепок. А жаль, знать ситуацию мне надо. Ради своей же собственной безопасности. Кто знает, что сейчас происходит на подступах к Самаку?..
В общем, я ходил по поселку, глядя на следы недавнего боя, машинально осматривая линию обороны, и ломал голову. Борис, немного пришедший в себя, залез в машину и пытался отыскать свободный канал связи. Судя по его унылому, даже обреченному виду, ничего не выходило.
Бойцы тем временем спешно готовились к отражению новой атаки. В том, что она последует, никто не сомневался.
– Артур, – окликнул меня Капителов.
Он сидел на крыльце дома, прислонившись к перилам, бережно придерживая левую руку другой, здоровой. Тут же во дворе дома санитар с помощником укладывали тела убитых. В самом доме временно разместили раненых.
– Артур, людей не захватишь в Самак?
– Сколько?
– Четверых. Им нужна срочная помощь.
– А ты?
– Не могу. Нельзя оставлять поселок.
– Свалишься скоро, он и так будет без присмотра.
Капителов упрямо мотнул головой, с трудом сглотнул тягучую слюну.
– Нет.
– Четверых заберу. В кузове разместим. Больше не влезет.
Командир отряда кивнул.
– Идет.
– Что думаешь делать дальше?
– Ждать нового наступления. Они наверняка полезут, гады! Захотят добить, пока наши в городе не выслали помощь.
Капителов упрямо держался за мысль, что городской гарнизон вышлет подмогу. Похоже, эта спасительная мысль была в головах каждого бойца. Поддерживала силы, придавала уверенности. И не позволяла панике и унынию взять вверх.
– Ты отдал приказ сменить позиции и переставить пулемет?
– Пулемет поставлю у сада. Можно скрытно отойти и сменить позицию. А остальные пока на старых местах.
– У тебя в строю двенадцать человек.
– Знаю. Но иного выхода нет.
Еще один упрямец. Игнатьев не хочет уходить, этот уперся. В принципе верно, надо стоять сколько приказано. Но сидя в обороне, врага не разобьешь. А начать маневренную войну у них ни сил, ни умения не хватит. Даже на простенький трюк – во время следующей атаки послать группу в обход. Чтобы те осторожно обошли противника с фланга, провели разведку и ударили в тыл. Можно и командование противника убрать, и миномет уничтожить.
Но тут не до жиру. Стоять насмерть – вот единственный маневр. К сожалению, его понимают буквально – биться до своей смерти. А надо иначе – до гибели врага.
– Выхода нет, – повторил Капителов и начал вставать. Перенес вес на правую ногу, схватил правой рукой за перила и… рухнул как подкошенный на землю. Санитар не успел его подхватить и замер в испуге. Потом бросился поднимать командира. Я подскочил, помог. Вместе занесли его в дом.
