- А колокольчики верну, когда съезжать будем. – И уже обращаясь ко мне: - пошлите, коллега, нам спать. Завтра предстоит тяжелая работа.
На этом конфликт был исчерпан: растерянный метрдотель и громила охранник остались стоять в коридоре, мы же вернулись в номер. Только лечь и заснуть не получилось, потому как напарник сразу же набросился на меня с гневной тирадой:
- Ты чем думаешь? С башкой проблемы, курсант? Чего молчишь, чего глаза вылупил?
- Жду, когда успокоишься, - я прислонился к стене, давая отдых разболевшейся ноге.
- Хладнокровный значит, да? Выдержанный…, - Мо с досады швырнул несчастные колокольчики и те, жалобно звякнув, закатились под кровать. Было видно, как непросто даются напарнику слова. Его буквально обуревали эмоции, но надо отдать должное – справился. Хотя секунду назад казалось, что схватит дешевую вазу с тумбочки и швырнет об стену, настолько яростно на нее смотрел. Вместо этого Мозес тяжело опустился на кровать и почесал редкие кучеряшки волос.
– Слушай меня, курсант. Когда возвращаемся с командировки, первым делом идешь к психологу.
- У меня нет проблем, - сухо улыбаюсь в ответ.
- У меня есть проблемы. Мне не нужен напарник с протекающей крышей.
- Ты о чем?
Мо некоторое время молчал, уставившись в пол. Наконец протяжно шмыгнул носом и посмотрел на меня. Глаз его я не видел, лишь блестел выпуклый лоб в свете уличного фонаря.
- Знаешь сколько мне лет? Много. И опыт работы детективом у меня большой. Специфика нашей профессии такая, что поневоле становишься психологом. Только людей не лечишь, а калечишь, ломаешь, манипулируешь, но самое главное – учишься считывать. Я нутром чую, с тобой что-то неладное творится.
- Это всего лишь колокольчики.
- Вот именно, - взорвался Мо. – Всё и всегда начинается с мелочей. Если бы я в коридоре не появился, ты бы драку затеял из-за гребаных колокольчиков, которых лично я нихрена не слышал. Да не один нормальный человек не услышит, за таким-то ливнем. Тут, сука, дом ходуном ходит, на улице ураган, а ему сраный перезвон спать мешает. – Мо выдохнул и куда спокойнее продолжил: - идешь к психологу и точка. Еще не хватало, что бы кончил себя в туалете или того хуже, башку мне прострелил.
- Я не…
- Приказ обсуждению не подлежит, - Мо резко оборвал меня. – Напишу в рапорте рекомендацию на обследование.
Замечательно, лучше не придумаешь. Раньше окружающие считали меня обезьянкой, теперь же стану безумной мартышкой. И как после такого заснуть? Крыша у меня, видите ли, протекает, сам ты…
Скриплю зубами от злости. М-да, нервы ни к черту. Вышел бы в коридор прогуляться, но там этот заносчивый метрдотель, чья рожа раздражала еще больше. Не смогу пройти мимо, точно сцеплюсь, или разобью что-нибудь, те же аляпистые вазы, стоящие на каждом углу.
Обессилено опускаюсь на кровать, прислоняю трость к тумбочке. Слышу, как скрипит кровать под напарником. Тот перевернулся на бок и теперь поудобнее устраивал объемное пузо.
- Чего не спишь? – спрашивает он минут через пять.
Бормочу в ответ невнятное: «не хочу» или что-то вроде того.
- Не переживай, курсант, тебя психом никто считать не будет. Это нормальная процедура, каждый из нас через такое проходит, потому как работа… нервная. И психолог у нас, аж самому записаться хочется, - в голосе напарника появились мечтательные нотки, - сочная женщина.
Внутри возникло стойкое подозрение, а Мо продолжал заливаться соловьем:
- Она работала раньше у нас, числилась в отделении, но все мечтала в науку податься: диссертации всякие писать, на симпозиумах выступать с лекциями. Но что-то там не сложилось, поэтому недавно вернулась обратно. Да ты ее знать должен, она в академии преподавала. Валицкая ее фамилия, может слышал?
- Пиз..ц, - бормочу в ответ, едва слышно.
- Да, - соглашается Мо, - знойная женщина.
Следующий день прошел бестолково. Не знаю, какие там планы имел Мо, но разбушевавшийся ураган внес свои коррективы: большинство учреждений не работало, а те что держали двери открытыми, были, мягко говоря, странными.
Взять тот же дискуссионный клуб, состоящий сплошь из пенсионеров. На вопросы о чужаках или подозрительном грузовом транспорте, что раз за разом появляется в городской черте, отвечали развернуто и не по существу.
- Ни одной машины не должно быть на улице, ни одной, - дребезжал бойкий старичок. – И так дышать нечем, особенно по весне, когда цвести начинает, а эти только и делаю, что носятся над головой: туда-сюда.
- Какой дышать нечем, старый ты пень, - возмущался другой дедок. – Двигатели же не бензиновые, а на гравитационной подушке. Грави-таци-онной!
- Сам ты балда, - подключился третий, - читал последние исследования про влияние магнитных полей на организм человека? Я сейчас покажу.
