- Нас вчера почтила своим присутствием местный психолог – госпожа Валицкая. Знаешь такую? – ядовито поинтересовалась Митчелл и глаза ее нехорошо полыхнули зеленым пламенем. Не нравится женщинам Анастасия Львовна, еще в академии заметил, и новая коллега не была исключением из правил.
- Валицкую знаю, - признаюсь упавшим голосом, – надо пойти записаться?
- Она тебя сама записала. В одиннадцать часов необходимо явиться в кабинет.
Я кивнул уныло. О том же напоминал мне компьютер и служебный телефон, в который только сейчас удосужился заглянуть. Целых три сообщения прислали и все со словом срочно.
Приду я, приду. Знал же, сколько веревочки не виться, а конец все равно будет. И вот он наступил, конец этот самый. Чувствую вынесут сегодня чьи-то мозги, на блюдечке с голубой каемочкой.
- Петр, у тебя сегодня еще одно важное дело: нужно сходить в бордель.
Смотрю на Митчелл, пытаюсь увидеть следы иронии на смуглом лице, но нет, заявляет на полном серьезе.
- Зачем? – интересуюсь осторожно.
- Не за чем, а за кем. За напарником своим. Мозес четвертый день в загуле, пора его вытаскивать на свежий воздух, приводить в чувства. И не спорь, теперь это твоя непосредственная обязанность.
Тяжело вздыхаю, что за день такой сегодня. Мало мне свидания с Валицкой, теперь еще пьяного борова из гнезда разврата выводить. Он и трезвый-то не особо приятен, а под парами алкоголя и вовсе невменяемым становится. С ужасом вспоминаю последнюю пьянку в баре Сарчево, где нам едва не начистила морды местная банда байкеров, а бармен все норовил пальнуть из обреза или что у него там было припрятано за стойкой.
- Петр, это надо сделать как можно быстрее, лучше сейчас. До одиннадцати как раз обернешься.
Обернусь, как же. Скорее пьяный боров будет таскать за собою по лужам, чем я сумею привести его в чувства. Вот такая она, работа детектива.
- Можно мне тоже в бордель, - тоскливо затянул Борко. Бедняга таки оторвал изможденное лицо от клавиатуры и с мольбой в глазах уставился на Митчелл. – Так не честно, парень молодой, только пришел, а все приключения достаются ему. Самуэль напечатай то, напечатай это, вот тебе триста пятьдесят второй том, часть шестая, и что бы к концу недели было готово. А я может в Сарчево хочу, бандитов ловить или пьяных детективов из борделей вытаскивать.
- Согласен поменяться, - заявляю неожиданно сам для себя. А что, мне этих приключений выше крыше, хочу в теплом и уютном офисе посидеть, по клавишам постучать.
- Вот! - взвыл не своим голосом Борко. – Он согласен! Милая Таня, родная моя, я ему все объясню, все расскажу, лучше меня работать будет. Выходные свои потрачу, материал лично на ошибки перепроверю, дай только добро…
- Стоп, - прервала Митчелл бесконечный поток слов, – Воронов, на выход.
Я и вышел в коридор. Что за день сегодня такой: сначала пьяный Мо, потом мозг выносящая Валицкая, еще и дождь этот зарядил, зараза. Утро лучше не придумаешь, а что делать. Глубоко вздохнул и поплелся в сторону выхода.
- Воронов, ты куда? – долетает до ушей знакомый голос. Поворачиваюсь и вижу Леженца с двумя кружками кофе: одна для себя, другая для прекрасной напарницы, а может и обе. Кто знает, какие аппетиты у блондинки. Как не выйду наружу, то он ей напитки таскает, то шоколадки. По ощущениям мадам жрет больше Мо, а фигурой – модель топовая.
- В бордель, - говорю ему.
- Чего? – не слышит Дмитрий. Вот ведь, глухая тетеря.
- В бордель я! – кричу громче, так что стоящая неподалеку парочка детективов оборачивается.
- Да ты гонишь, - Леженец подходит и подозрительным взглядом изучает меня. – Поди у напарника своего толстого на побегушках.
Утро становится все хуже и хуже, когда хуже уже не придумаешь. Хочу сказать про кофе в руках, про купленную шоколадку, торчащую из кармана, но спрашиваю совсем другое:
- Тебя блондинка еще не трахнула?
Леженец так и замер с открытым ртом, а я направился к выходу.
- Чего это трахнула, чего трахнула? – донеслось запоздалое в спину. - Тоже мне тут, великий бабник нашелся. В бордель он намылился…, да я сам кого захочу трахну.
Спортсмен, оскорбленный в проявлении лучших чувств, шумел бы еще очень долго, но тут открылась дверь и женский голос томно произнес:
- Дмитрий, долго вас ждать буду, где мой кофэ?
Знакомое произношение, с неизменным ударением на последнее «э».
- Я это, я…
- И что это за мужицкий жаргон, Дмитрий? Кого это вы там трахать собрались? Моему уху противно слышать подобные обороты речи. Впредь прошу следить за языком, и выбирать более достойную терминологию, соответствующую публичному месту.
Где мой кофэ… Нет уж, лучше в бордель.
Есть такие профессии, которые будут в любые времена и в любые эпохи, в любом известном и воображаемом мире. Они просто обязаны существовать по логике вещей. И не важно, какой ступени развития достигла цивилизация: подняла первую ракету в космос или высадилась на пустынной планете в далеком созвездии.
