— Я нашла его девушку. Ее зовут Зиара Грейсон, двадцать четыре года, работает архитектором. А еще я узнала, что он пишет ей письма, ну или по крайней мере писал на старый адрес. Три года назад она переехала.
— И что ты хочешь сделать? Устроить им свидание?
— Практически, — сказала я, хитро прищуривая глаза, — мы возьмем у нее интервью и сольем прессе. Да, я знаю, что стервятники меня ненавидят, но нам нужно вывести их на арену цирка. Зиара просто расскажет о своих эмоциях во время убийства, а еще можно попросить отрывки его писем, если они сохранились. Возможно там есть угрозы или что-то подобное.
Я звезда всех газетных хроник и новостных передач. Во-первых, потому, что им рассказали о том, что ответственная за противостояние с мафией именно я, а во-вторых, я угрожала им пулей промеж глаз. Многие форумы в интернете уже кишат обсуждениями: кто же выиграет агент в юбке или Мексиканская мафия — это цитата, черт возьми. Люди реально делятся на два лагеря, создают свои группы поддержки и активно дискутируют. Теперь я являюсь красной тряпкой для них: кто-то любит меня, чуть ли не боготворит, ставя на аватарки мое страшное фото с пистолетом в руке, а кто-то наоборот ненавидит и пишет про соитие с моей мамой. Очень оригинально, ничего не скажешь.
Кристиан подошел к доске и еще раз посмотрел на фото трупа, поворачивая его в своих руках. Его лоб был нахмурен, а в слегка раскосых глазах читалась глубокая задумчивость. Я неотрывно следила за ним, позволяя своей голове немного охладиться.
— Это очень сильно повлияет на него, Кристиан. Я думаю, что он все еще ее любит, — продолжила говорить я вкрадчивым голосом, перебирая руками ворсинки на пледе, — да и общественность взбудоражит эта новость. Они посмотрят на настоящее лицо своего кумира и перестанут идеализировать чертову мафию. Да, нам должно быть плевать на все это сборище в интернете, но на самом деле это безумно важно. Они главные судьи.
— В этом есть смысл, я не спорю, но ты осознаешь как они ответят на то, что ты раскрыла личность и прошлое одного из них?
Я вскочила с дивана и плюхнулась на пол, перелистывая свой новенький ежедневник. Неосознанно я кусала свои губы и стучала ногами по полу, словно ребенок, который требует купить ему игрушку.
— Ну, а что они могут нам сделать? Подкинут бомбу мне в ботинок? — Я хихикнула, а Кристиан повертел пальцем у виска. — Они задали ход нашей войны: делают все, чтобы мы постоянно теряли людей и сходили с ума из-за этого. Так ответим им тем же. Я знаю, что в Дьюэль поставляют прессу. Представь его лицо, когда он откроет газету и увидит свою заплаканную подружку. Да он просто озвереет!
— Это и пугает, Кларк. Они и так чертовы ублюдки, злые, как собаки бездомные, а после таких выходок нам задница.
— После этого удара последует еще один, не переживай. Мы раздавим их морально, а потом зайдем и уничтожим физически.
Кристиан не успел возразить, потому что в дверь позвонили. Мы все напряглись: это наше секретное место, о котором никто не должен знать. Сэм побежал к компьютеру, чтобы посмотреть изображение с наружной камеры — мы увидели убегающего человека и коробку, оставленную у двери. Плохое предчувствие сковало мои внутренности и я почувствовала подступающую тошноту к моему горлу. Я буквально вдохнула запах гнили, исходящий из чемодана с обезглавленной Грейс, и потому рванула в ванную, чтобы исторгнуть из себя весь съеденный завтрак.
— Может быть вызвать группу захвата? — крикнул Кристиан из гостиной.
— В жопу их, — ответила я, вытирая рот ладонью, — идем и открываем. Труп мы уже видели, что может быть хуже?
И мы открыли дверь рывком, автоматически отходя от нее подальше. На пороге лежала небольшая коробка с черной запиской под бичевой ниткой, завязанной бантиком. Я поняла от кого это сразу же, поэтому отогнала обратно в дом Криса и Сэма, пытаясь скрыть улыбку на потрескавшихся и бледных губах.
Вместе с коробкой, легкой на вес, я прошла в свою спальню, прося всех подождать минуту. Мои руки все еще потрясывало, когда я распаковывала подарок, но как только я посмотрела содержимое, то все мое тело словно одеревенело.
Внутри лежало серебряное витиеватое колье с кучей маленьких звезд, украшенными небольшими камнями. Оно было такое красивое и элегантное, что я боялась дотронуться до него. Хрупкое украшение, но настолько прекрасное, что мои глаза заволокло слезами. Я повесила его на шею и подошла к зеркалу — идеально. Оно плотно примыкало к шее, красиво спадая на выступающие ключицы, создавая контраст с моей кожей. Я сделала фото, на котором улыбалась самой искренней и широкой улыбкой. Мне сразу же позвонил Нэро, я даже не успела выйти из диалога.
— Я хотел увидеть на твоем теле
