– Ага, звезда в шоке! Хе-хе-хе! А я ведь тебе жизнью-то обязан, паря. Сам же тогда «барбарис» брать не стал, когда Сиплый погиб, Царство ему небесное… Я же после этого сознание потерял. Наверное, часа три там провалялся. В себя пришел, смотрю – один, вокруг только тела монстров. А еще повезло в том, что свита у телепата, благодаря Нафане твоему, здорово поуменьшилась. Мне удалось гранатами оставшихся закидать. Одна телепату прямо под ноги закатилась, так его аж пополам разорвало.
– А как же рев зверя, который я слышал после взрывов?..
– А! Так это раненый злыдень орал. Я его потом видел, он так и топтался в округе, да тела сородичей своих рвал. Все упивался трапезой. Мясцом-то я его надолго обеспечил. Хе-хе! Как в себя пришел, огляделся – никого. Нет, думаю, на тот свет попасть не удалось. Автомат рядом, бок болит –
– Нет, Михалыч, больше не считаю. Да и Везунчиком меня давненько никто не называл. После всех этих перипетий, что со мной за последнее время произошли, Неудачником, разве что… Но сейчас начинаю сомневаться в том, что у везения существует предел. Много интересных совпадений слились в одну беспредельную полосу удач! Теперь вот и тебя встретил!
– Ну, вот видишь, как все красиво складывается! Что же огорчаться? Только бывает иногда, как накатит грусть-печаль и давит на сердце. Как это… Ностальгия, кажись, называется. Память, она же такая, всегда о тех, кого давно нет, напоминает. Вот даже Нафаню твоего недавно жалел…
– Погоди, Михалыч, не грусти так сильно! Вот же он, Нафаня! Только изменился немного.
Квашня опешил и недоверчиво посмотрел в указанном Артемом направлении, где, искрясь и сверкая разрядами, висел в воздухе фантом. Тот же, в подтверждение слов друга, интенсивнее заиграл переливами, а затем посреди светящегося образования появилось вдруг знакомое улыбающееся лицо. Одна из вибрирующих граней, словно рука, вытянулась в приветствии вверх и покачалась из стороны в сторону.
– Хе-хе! Привет, дружище, и тебе! – Квашня помахал в ответ. – Ну, вот, видишь, как все хорошо складывается! А ты говоришь «неудачник». Хех! Везунчик ты и есть! Правильное тогда погоняло к тебе пристало, самое что ни на есть правильное…
Странно устроен мир… Только что вокруг него сжималось кольцо облавы, и вдруг он лежит, раскинув руки, на чем-то мягком, в тепле и покое… А вот боль, притупленная дозой препарата, никуда не уходит: зудит плечо и ломит грудь от страшнейшего удара. Словно вес целого танка пришлось выдержать, а он не просто проехал через, он еще и развернуться несколько раз поверху сумел… Но все равно здесь лучше, чем на крыше сарая, и гораздо тише. Крики загонщиков слышны едва-едва, а по потолку гуляет отсвет множества факелов.
«По потолку?!»
Окончательно придя в себя, Везунчик вздрогнул и тут же застонал от пронзившей все тело боли. Через силу повернул голову и огляделся: просторная комната, парчовые, слегка раздвинутые шторы на окне; ворсистое ковровое покрытие по всему полу; широкая кровать, застеленная бельем пастельных тонов; в углу массивный комод с множеством выдвижных ящиков; рядом трюмо, заставленное баночками с косметическими средствами, а в зеркале отражаются два расширенных глаза…
«Женщина в окне!» – мелькнула догадка.
Осторожно, чтобы не дать девушке закричать, привлекая внимание облавы, Страж щелкнул креплениями шлема и откинул его. После этого медленно повернулся и, борясь с болью и тошнотой, со скрежетом в зубах приподнялся.
Приятной наружности брюнетка с прической каре присела в углу, почти закутавшись в оконную занавесь, и, прикусив от страха нижнюю губу, не моргая, смотрела на внезапно появившегося из ниоткуда прямо посреди комнаты незнакомца в странном костюме, похожем на скафандр.
– Прошу вас, не бойтесь меня… – через силу выдавил Везунчик. – Я не насильник и не убийца, просто скрываюсь от ложных обвинений… К сожалению, меня подставили.
– А к-как вы… как п-попали сюда?
«Боже, какой приятный голос…» Где-то под сердцем шевельнулись давно забытые ощущения. И личико девушки показалось несколько знакомым. Тепло неги пробежалось по спине, но тут же исчезло, перебитое с новой силой накатившей болью.
– М-м-м… Я вам все объясню, хорошо? Но чуточку попозже…
– Вы… вы ранены?! – воскликнула она, увидев кровь на груди сталкера.
