– А аномалия-то где, мужики?! Нет ее!
– Как нет?!
– Так совсем нету…
– Видать, дань с этого засранца взяла и успокоилась!
Но сталкеру на все это уже было плевать, он лишь прослушивал планы всполошившегося воинства с поста, чтобы опять ненароком не столкнуться с кем-либо. Голоса постепенно отдалялись, и только тихий скулеж раненого уносило куда-то в сторону бывшей военной базы. Видимо, не стал ни с кем спорить и отправился искать врача. Отдышавшись и уняв нервную дрожь, Страж щелкнул передатчиком. Подумал немного, а потом решился и тихо уточнил:
– Как обстановка?
Наушники сразу отозвались голосом Культи:
– Ты чего молчал?
– Забыл про связь… Прости засранца. Преграда на преграде… Что видно?
– Я сейчас почти не вижу ничего… Это ты там спас чудилу из Тагила?
– Я. Иначе…
– Знаю. Только дай теперь моим глазам вернуться в норму. Думаешь, можно без последствий через оптику смотреть на произведенный тобой фейерверк?
– А ты пока по памяти, а то ведь время идет… Через пару часов пересменка патрулей.
– По памяти… – Культя все ворчал. – Эти, что справа, уже успокоились. Сидят, разливают. Видать, за здоровье братана… А слева от тропы, по которой тобой спасенный убежал, кучи мусора. Они бурьяном поросли. Я там непонятное шевеление видел. Скорее всего, крысы, но может и что-то покрупнее быть. Так что ты там к этой свалке не приближайся.
– Я по дороге пойду, парадным шагом, – отшутился Везунчик. Но друг шутки словно не заметил, и продолжил на полном серьезе:
– У бараков тоже пара патрулей прошли. Смотри осторожнее. А у сектантов, похоже, закончились вечерние моления. Они почти все в правый барак отправились. Лишь несколько к патрулю подходило, а вот куда делись после – не увидел. В остальном все спокойно.
– Нафаня?
– Срабатывал сигнал, что он на месте, но я же не знаю – смог ли он сам нажать на ту кнопку, что ты указал. Как проверить?
– Он это, кто ж еще? Я уверен. Друг у нас с тобой и не на такие фокусы способен, так что будь спокоен. Ну, все, я дальше пошел.
– Удачи!
Остальные отрезки пути до едва освещаемого лагеря удалось преодолеть без проблем, небольшими перебежками. В одном месте сталкеру пришлось недоуменно замяться. Никак не ожидал он встретить здесь контрольно-следовую полосу. Причем, сделанной она оказалась на совесть: земля хорошо вспахана и измельчена едва ли не до состояния пыли. Естественно, на такой поверхности любые следы становились заметными сразу, будь то хоть цепочка отпечатков, оставленная полевой мышью, или зигзагообразная линия от проползшей аскариды. Но только и всего. В остальном, преодолеть четыре метра в прыжке для человека, оснащенного навороченным комбинезоном «Специфик» – раз плюнуть. Лишь бы без перебоев работала система мини-экзоскелета. А какой шпион полезет в охраняемую зону без современного оборудования? Скорее всего, «бетовцы» рассчитывали на обычных хуторян или выходцев из малочисленных фортов-крепостей. Быть может, и имели склонности к поеданию мышей-нарушителей. Кто их, свихнувшихся на почве войны, знает… В любом случае, Везунчик не стал рисковать и использовать «гипнонику», чтобы отвести взгляды часовых, находящихся у здания КПП, напротив которого извивалась твердая, утоптанная тропа, а просто перепрыгнул контрольную полосу метров на двести левее.
Когда до бараков осталось всего ничего, с бедового блокпоста за спиной снова послышались крики. На этот раз уже с веселыми нотами, вояки явно вошли в пьяный раж. Везунчик вздрогнул, когда хлопнула недалекая входная дверь, и послышался командный голос:
– И передай этим чертям, если еще раз они за сегодня что-либо вытворят, то инвалидами станут все без исключения!
– Понял, майор! – отозвался кто-то. Раздался удаляющийся топот ног, а стоящий на пороге развернулся, и перед самым закрытием скрипучей двери до сталкера донеслось:
– Совсем охамели, скоты! Слышь, Бурый, они, кажись, где-то винный склад надыбали… Пора уже начинать карать за пьянство!
С очередным стуком дверь закрылась, округа ненадолго затихла. Лишь в тополиной роще у свалки на краю все еще никак не могло успокоиться потревоженное воронье, да вяло, но басовито, лаяло с другой стороны лагеря несколько бодрствующих псин. В планы Везунчика не входило сталкиваться с собаками. Этих неугомонных во веки веков люди держали рядом как самых хороших сторожей. Особенно полезными они оказались после Судного дня. Не все, конечно. Времена той-терьеров канули в прошлое, а вот коснувшиеся мутации волкодавы поймали свежую струю ветра перемен и смело вошли в призрачное завтра. Даже по прошествии пяти лет после катаклизма выжившие не до конца привыкли к страшному виду изменившихся друзей человека. А зря. Ставшие намного умнее собаки, наделенные, ко всему прочему, еще и даром ментала с телепатией, если не успевали в отсутствие человека одичать, оставались преданными двуногому хозяину. И все меньше требовали к себе должного ухода, с каждым разом успевая поступать правильно даже без команды.
