- Наконец-то. - тут же закрылся за ним мясник в фартуке. - Мы снова вдвоём, мистер Уайн. - Он отрезал вторую кисть и выбросил её в мусорный контейнер. Затем, жгутом затянул руку, чуть выше локтя, и подойдя к узкой, высокой тумбы, стоящей в углу, он вынул, и раскрыл серый пластмассовый чемодан с принадлежностями, никак не относящихся к медицинским. Это рукоять гитары, короткие стальные нити, похожие на струны, и разборный саксофон. Большая барабанная тарелка и ещё несколько непонятных штуковин, похожие на держатели. Хорошенько вытерев руки, о пыльную, сухую тряпку, он начал долям разрезать правую конечность, со стороны удалённой кисти, вплоть до самого локтя. После, срезал мясо и сухожилья, ставив лишь две узкие кости. Он разъединил их, и растянул по сторонам, как вилку. Затем вставил туда маленькую металлическую шайбу, и вбил её молотком в самый притык к локтевому суставу. Локтевая и лучевая кости, сильно разошлись друг от друга. Он быстро схватил стальную трубочку, и вкрутил её шурупами, зафиксировав в таком положении. Потом натянул маленькие струны, между этой перегородкой и локтем, цепляя острыми крючками прямо в кости, под углом. Далее, взял кисть, которую оставил на столе и нацепил её на конец грифа, вместо держащей струны головки. Сам гриф ввернул в держатель, раздвинутых костей. Приляпал треугольный каркас, вместо обечайки и похлопал сам себе в ладоши. - Это выглядит лучше, чем я представлял, мистер Уайн. Он взялся за трубку саксофона и начал примерять её к другой руке. - Жаль, что я не могу сделать скрипку. Таковы особенности нашей музыкальной составляющей. - Толстой, длинной иглой, так же долям, он залез во внутрь второй руки. К игле прикрутил прозрачный шланг или что-то вроде того. Просунув, до самого локтя, игла вылезла насквозь. На кушетке скопилась уже целая лужа крови. Она медленно скапывала на пол. В этот шланг, но запихал трубу, и по разметке, с наружной стороны руки, ввинтил клавиши. По резьбе закрутил раструб с одной стороны и шейку с другой. - Ту тудуун, ту туудун, ту тудун, ту тудун. - этот изверг начал дудеть, наигрывая известную мелодию. - Нет, мы не это будем играть. Я вообще не умею играть. Так, чего-то не хватает. Ффф - вдыхает он, шипя зубами. - Лучше вам не знать, чего. Уложив голову на мягкий валик, он просверлил в черепе широкое отверстие, и вставил туда чёрную трубку. - Приём приём! - нет это не антенна, мистер Уайн. Он нацепил сверху железный, жёлтый диск. Вуаля! - поцеловал кончики пальцев, отведя руку от себя. - Готово. Осталось прицепить тебя к креслу. И можем выходить на сцену. Я уже предвкушаю этот момент. Как море оваций раздаются в зрительном зале. Они будут думать, что вы просто чучело. Но это не так. Мы сыграем прелестную, современную композицию, и повергнем их в шок. Даже, если откровенно блефовать.
Представляем вашему вниманию, творение Дункана Лока! - в микрофон объявил последнего конкурсанта ведущий, быстро забежав за кулисы. Медленно открывается занавес небольшой сцены, концертного зала. Выходят трое музыкантов, ряженых в чёрные смокинги и высокие, круглые шляпы. Пока они кланялись публике, с другой стороны зала выкатывают коляску. В ней сидел тот самый человек. Голова его держалась каркасом из нескольких прутьев, впивающихся в шею. Он остановился в самом центре, и вынул из кармана две странные изогнутые прозрачные штуковины, заостряющиеся с одной стороны, будто бычьи рога. Острыми местами, он вонзил их прямо в уши изуродованного бедолаги. А широкими - в глаза. Словно два толстых кольца, торчали из его головы. Но он даже не шелохнулся. Как овощ продолжая сидеть в коляске. В этих калачах были маленькие отверстия, в которые он просунул маленькие шланчики. Концы проводков, он вонзил в специальные дырки в руке со встроенным саксофоном.
