Налетевший порыв ветра вынудил детектива застегнуть плащ. Запахло дождем. А еще — старыми кварталами. Дома тут быстро пустели. Жильцы перебирались в более респектабельные районы. Не все, разумеется. Те, кто мог себе это позволить.
Делрей рассказал мастеру ножей о том, что увидел в доме Фламеля. Ольгерд слушал, не перебивая. Незаметно они спустились к реке, и вышли на старую набережную. Вдоль берега был проложен пешеходный тротуар, по которому не ездили экипажи. За все время прогулки Делрей не встретил ни одного паромобиля, не говоря уже о магических средствах передвижения. Настоящее захолустье.
Рынок был хорошо заметен на расстоянии. В ночь врезались гирлянды огоньков, закрепленных на надстройках списанного парома. Некогда этот паром связывал устье Тайной реки с Чумным Кварталом, но в последнее десятилетие маршрут утратил актуальность. Паром списали, поставили на вечный прикол. А вскоре нашлись предприимчивые люди, арендовавшие этот металлолом за гроши и переоборудовавшие его под свои нужды. Судно сделалось пристанищем для торговцев рыбой, поношенным тряпьем, краденой бижютерией, специями, кухонной утварью и дешевой уличной едой. Встречались тут и приворотные зелья, порошки вуду, наузы, заговоренные амулеты и прочая мелочевка, вызывающая у людей просвещенных кривые усмешки.
Паром был пришвартован к старому причалу, опорные сваи которого обросли толстым слоем ракушечника и укутались тиной. Дощатый настил скрипел и прогибался, но вес идущих по нему людей держал.
Запахло едой, рыбой и специями.
Рынок встретил гостей широкой палубой, над которой громоздились многочисленные надстройки. Часть палубы проваливалась в темной зев, образованный двумя бортами и рубкой управления. Исполинская труба смахивала на крепостную башню, возведенную в незапамятные времена. И всюду — огоньки, имеющие явно магическое происхождение. А еще лотки, прилавки, деревянные ящики с фруктами и овощами, походные печки на колесиках, аквариумы с живой рыбой. До слуха Ольгерда донесся галдеж, присущий всем рынкам всех времен и планет.
— Вон туда, — Делрей указал на людей, обступивших лоток с уличной едой. Приблизившись, они увидели толстяка в клетчатом фартуке, подкладывающго древесный уголь в небольшую печурку на треноге. Над печуркой пристроилась кастрюля, наполненная фасолевым супом. Тут же находился мангал с шипящими на решетке отбивными и низкая жаровня с насаженными на вертел колбасками. Рядом — завернутые в полотенца котлы, стопки бумажных тарелок и связки одноразовых вилок.
Толстяк поразил Ольгерда.
Этот удивительный повар что-то непрерывно помешивал, переворачивал, накладывал и упаковывал. При этом он ухитрялся принимать деньги, отсчитывать сдачу, благодарить за покупку и добродушно трепаться с соседом. Ни одной перевернутой тарелки, сгоревшей колбаски или резкого слова. Каждое движение отточено до автоматизма.
— Привет, Зоран, — Делрей махнул рукой толстяку. — Что нового?
— Люциус! — Зоран расплылся в необъятной улыбке. — Давненько не видел тебя на барже.
Зоран называл плавучий рынок «баржей».
— Бандитов ловлю, — хмыкнул Делрей. — Ты же знаешь.
— А то, — Зоран вручил худенькой девочке лаваш, нашпигованный пловом. — Охраняешь порядок.
— Вроде того.
Ольгерд с интересом рассматривал кухонный набор толстяка. Ничего лишнего, если вдуматься. Миниатюрная фабрика вкуса. Рот мастера ножей наполнился слюной, в желудке заурчало.
— Дай нам парочку лавашей, — сказал детектив, — две тарелки фасолевого супа и пирожки с водорослями.
— Пирожки с водорослями? — скривился Ольгерд.
— Не волнуйся, — Делрей хлопнул его по плечу. — Зоран мастерски готовит пирожки.
Зверь голодными глазами смотрел на происходящее.
— Возьми ему что-нибудь, — сжалился Делрей.
Ольгерд почесал подбородок.
— Зоран продает сырое мясо?
Делрей повернулся к уличному повару.
— Ты продашь моему спутнику кусок сырого мяса?
Зоран опасливо покосился на белого монстра.
— Для него?
Ольгерд кивнул.
— Что ж. Воля ваша.
Нагнувшись, Зоран добыл из-под импровизированного дощатого прилавка гнутую металлическую миску. Открыв дверцу переносного холодильника, достал оттуда огромный кусок вырезки. Холодильник не был подключен к новомодной электрической сети, да и откуда этой технологии взяться на списанной барже? Это был простой металлический ящик, набитый колотым льдом. Возможно — заговоренным. Так или иначе, продукты у Зорана всегда были свежими.
Расплатились вскладчину.
Делрей отметил, что чужак успел обзавестись стимбургскими монетами. В кошельке мастера ножей обнаружились талеры с риксдалерами и россыпь медных грошей. Что ж, Коэн ценил своего наемника.
Отойдя в сторонку, они заняли импровизированный столик — поставленную на ребро коробку, накрытую прошлогодней газетой. Газета была придавлена солонкой.
Белый зверь тотчас набросился на еду. Делрею стало не по себе — эта тварь даже замороженное мясо разгрызала с удивительной легкостью и непосредственностью.
— Что это за зверь? — поинтересовался Делрей.
