– Понимаю, – герцог потеребил край рукава и нахмурился, заглядывая внутрь.
Зверёк прижал уши и коротко зашипел. Но тут же смолк, когда поставщик ударил носком сапога по клетке.
– Его первым хозяином должен стать его высочество! – угодливо улыбаясь щербатым ртом, произнес Густав. От волнения он стал еще больше растягивать слова.
Лицо герцога просияло. Он уже представил реакцию Филиппа на это чудесное и милое создание.
– Передайте зверя смотрителю зверинца и предупредите его обо всем, – властно произнес герцог де Бофремон. – Золото получите у моего казначея.
– Ваша светлость, – понизив голос, произнес Густав. – Есть еще кое-что…
Клод, сразу же поняв, о чем речь, кивнул и приблизился к зверолову.
– Показывай, – приказал он.
Старый Густав кивнул Шарлю, и тот достал из-за пазухи пухлый мешочек. Развязав тесемки, он показал содержимое герцогу. Глаза Клода расширились.
– Какие крупные, – восхитился он.
– Добыты на новом месте, – довольный реакцией их главного клиента, ответил Густав. – Специально отобраны для вас, ваша светлость. Все цельные.
Сказав это, он протянул мешочек герцогу. Клод взвесил его в ладони и уважительно кивнул.
– Я доволен, – сказал герцог. – Мой казначей выдаст вам премию за труды. Товар такого качества я куплю всегда и в любых количествах.
– Благодарим вас, ваша светлость, – на физиономиях звероловов играли счастливые улыбки.
Мужчины склонили головы и поспешно покинули зал, таща клетку с двух сторон. Когда дверь за ними закрылась, герцог де Бофремон потер ладони и довольно фыркнул.
Племянник обязательно оценит этот подарок. Клод уже предвкушал увидеть разочарованные физиономии всех этих де Гонди, когда Филипп, забыв обо всем на свете, запрется в своем зверинце на пару месяцев со своей новой игрушкой.
Еще раз взвесив на ладони тяжеленький мешочек, герцог де Бофремон задумчиво улыбнулся.
Где-то на окраинах Эрувиля…
Небольшая таверна на окраине Эрувиля казалась такой же неприметной, как и десятки подобных заведений в пригороде: потускневшая вывеска, низкие потолки, в темном коридоре воняло табачным дымом и кислым пивом.
Этой ночью в главном зале было пусто. Лишь несколько завсегдатаев сидели за столом у окна и цедили местное пойло из деревянных кружек. Входная дверь была плотно закрыта, а у входа маячил широкоплечий вышибала, лениво следя за порядком в таверне.
За прямоугольным столом в самом дальнем и темном углу зала сидели двое. Их лица терялись в полутьме – лунный свет пробивался лишь через узкую щель в окне.
– Насколько я понимаю, наш заказ выполнен? – произнес первый, аккуратно поправляя массивный золотой перстень с большим рубином на указательном пальце. Его голос звучал ровно, без эмоций, но в нем угадывалась привычка повелевать.
– Да, – ответил второй, необычно растягивая слова. – Ваша посылка уже у адресата.
Слабый луч лунного света на мгновение выхватил из тени лицо первого, холодные глаза внимательно следили за собеседником.
– И вы на сто процентов уверены в положительном результате? – спросил он, и в его спокойном тоне послышалось едва уловимое сомнение.
Второй кивнул, поводя плечами. Он покосился на закрытую дверь, словно проверял, не подслушивает ли кто.
– Абсолютно, – он поправил засаленный манжет сюртука. – Не извольте беспокоиться. Смерть наступит мгновенно.
– Вы помните наше главное условие? – спросил первый. – Все должно выглядеть, как несчастный случай.
– Так и будет, – уверенно произнес второй.
– Кто еще знает о нашем деле?
– Я и мой компаньон, – сказал второй. – Но он умеет держать язык за зубами.
– Тогда обсуждать больше нечего, – кивнул первый и положил на столешницу пухлый кошель, который тут же исчез в складках плаща первого.
– С вами приятно иметь дело, господин, – растягивая окончания слов, произнес второй. – Если вам понадобятся наши услуги, вы знаете, где нас найти.
– Всенепременно, – произнес первый и, встав из-за стола, двинулся на выход. При этом прикрывая лицо широкополой шляпой.
Второй, не спеша, допил содержимое своей кружки, а потом поднялся и тоже скользнул к выходу. Оказавшись снаружи, он с удовольствием вдохнул полные легкие свежего ночного воздуха. И пусть местные переулки провоняли дерьмом и помоями, этот воздух улыбающемуся мужчине показался самым сладким и прекрасным.
Когда он отошел от таверны на приличное расстояние, из темного угла выдвинулся массивный силуэт.
– Густав, как все прошло? – пробасила темнота.
– Лучше некуда, – улыбнулся мужчина широкоплечему силуэту. – Шарль, пора нам валить из…
Договорить он не успел. Широко раскрытыми глазами он наблюдал, как из-за спины его подельника вырастает еще одна тень. В лунном свете тускло блеснул клинок – и верзила Шарль начал оседать на землю.
Густав было дернулся, чтобы выхватить кинжал из-за пояса, но в следующее мгновение он почувствовал острую жгучую боль в сердце. Мир качнулся, и Густав словно начал проваливаться внутрь себя.
Последнее, что он увидел перед тем, как тьма поглотила его, это золотой перстень с крупным рубином на руке, сжимающей кинжал.
