– А хоть бы и так, что с того?
– Не могу тебя понять. Прости, но не могу.
Я понурила голову.
– Наверное. Просто я боюсь потерять себя.
– Знаешь, по-настоящему теряет себя тот, кто пытается себя сберечь.
Я пожала плечами:
– Вита, я – витязь. Ну хорошо, Валькирия. А не ведьма. Я не очень умна, но поступаю так, как чувствую. В конце концов, Ольга могла уступить.
– Для нее это сложнее. Сама понимаешь – неписанные правила…
– Неписанные! Неписанные правила всегда можно нарушить!
Виталия улыбнулась:
– Все-таки, ты еще совсем маленькая. Ничего, подрастешь – поймешь. Да, я кидала карты на тебя.
А это было интересно. Но Виталия все равно не скажет результата. Зато что-то дельное посоветует.
– Про то, что следует опасаться воды, думаю, ты и сама понимаешь. Но воды у тебя на пути будет много. И еще – больше всего ты преуспеешь, не сделав ничего.
Она отставила пустую кружку, и та тут же исчезла со стола. Черт, я тоже так хочу! Но я – витязь, а не ведьма…
– Мы увидимся нескоро? – спросила я. Виталия кивнула:
– Ты знаешь. Счастливого пути и удачи тебе. Если что – мои сизари будут рядышком.
– И тебе удачи, Светлая.
Она встала из-за стола и ушла – высокая, чем-то похожая на Родину-Мать. Два голубя, черный и белый, сели ей на плечи, едва она отошла от столика. А еще один сидел на капители колонны и делал вид, что ему до меня и дела нет. Я пожала плечами и заказала еще пива.
Не помню, как добралась до казармы. На следующее утро проснулась ближе к обеду и с головой, больше похожей на набатный колокол. Мне стало стыдно – я ведь совсем забыла про своего фамилиара. Но Этерн был здесь – спокойно спал в кресле, как будто всю жизнь только так и отдыхал. Я привела себя в порядок, перекусила, чем Бог через интендантов пожаловал, угостила проснувшегося Этерна и отпустила его погулять. Попросить об этом меня он не решился, но на то я и витязь, чтобы понимать своего фамилиара. А с каким довольным видом он свалил (кстати, тем же путем, каким обычно ходила я сама)!
Прошло несколько дней; я раздумывала над загадкой прошедших событий, и чем дальше, тем больше приходила к мысли, что тот, кто нашел Ключ, в обязательном порядке заинтересуется и девочкой.
Надо было действовать! Как минимум – поехать в Одессу, к сестре Потока и разузнать у нее, кто это мог быть. Дожидаться, пока враг ударит первым, не стоило.
Наконец, я решилась. Утром шестого дня я оседлала Пушинку, велела Этерну следовать за мной и верхом отправилась к Олюшке. То есть, к Княгине Ольге.
Настроена я была – решительнее некуда…
Когда с утра очень деловая хозяйка растолкала меня и сообщила, что мы уходим, я оторопел. Что случилось-то? С чего бы это на четвертый день пребывания в столице хозяйку вдруг потянуло на приключения?
Ну да ладно, наше фамилиарье дело маленькое – слушаться и не возмущаться. Уходим так уходим. Вот только почему-то ехали мы не к воротам, ведущим из города, и не к Пристани. А ко Дворцу. Ага. Понятно. Уходить, видимо, будем с огоньком… Тьфу, как-то я неправильно думаю. Это все Кудрявая на меня плохо влияет своим ехидством! Эх, предупредить бы ее… Хотя, судя по всему, едем мы к Княгине, так что увидимся еще, думаю.
И правда, хозяйка бросила поводья какому-то витязю и понеслась к тронной зале. Вот уж неугомонная… Что на этот раз они обе придумают? Кудрявая рассказывала, что в прошлую встречу наши дамы расколотили две редкие вазы и бокал. А потом Княгиня еще парочку блюд уронила на пол для пущей картины. Ох уж эти люди… Спокойней надо быть, спокойней. И проще ко всему относиться. Эх…
Ну, да ладно.
Я надеялся, что Кудрявая будет опять сидеть у дверей залы, но нет. Хозяйка рыкнула на каких-то витязей, чтобы они доложили Княгине о ней, и осталась стоять около окна, нервно постукивая пальцами по стеклу. Я только собрался отойти, чтобы попытаться предупредить Кудрявую, как Виктория резко обернулась и приказала:
– Никуда ты не пойдешь. Ты мой фамилиар или шпион на зарплате у Ольги?
– Ну и ладно, – недовольно бурчу и усаживаюсь рядом. Не хотите – не надо. Я и так посидеть могу. Тоже мне… Какие нееееежные…
Наконец, двери распахиваются, и мы заходим. На троне сидит Княгиня, у ее ног прилегла Кудрявая, а больше никого во всей зале нет.
– Какого черта ты явилась?
Ошеломленно смотрю на Ольгу, но та больше похожа не на могущественную властительницу, а на обиженную девочку.
– Чего молчишь? Сказать нечего? Да вижу, собралась куда-то! И фамилиара своего притащила! А вот не отпущу. Все Валькирии в Стольном. И ты будешь в Стольном. Княгиня я или девка дворовая, в конце концов?!
Ой-ей… Кажется, я тут лишний… Может, как-нибудь в другой раз зайти? Не люблю скандалов. А тут власть предержащая, однако…
А хозяйка все молчииит. С мыслями собирается. Видимо, не получилось с наскоку. Вот же удивительно – сила какая в Виктории, а власть над ней Княгиня имеет нешуточную. Причем, не законом Божьим, не законом человеческим, а душой своей. Плохо это. Ну, в смысле, не вообще плохо, а в данной конкретной ситуации плохо.
