– Я только что звонил Айрин Миллер, – доложил Карелла. – Попросил ее описать Клаудию Дэвис, и она повторила мне то же самое: короткие темные волосы, робкая, невзрачная. Тогда я попросил описать двоюродную сестру, Джози Томпсон. – Карелла угрюмо кивнул. – Угадайте, что она сказала?
– Симпатичная девушка, – ответил Хейз. – Симпатичная девушка с длинными светлыми волосами.
– Точно. Ведь миссис Миллер с самого начала нам об этом говорила. Все записано в отчете. Она сказала, что они были как белое и черное внешне и внутренне. Ну конечно, белая и черная. Брюнетка и блондинка, черт их возьми!
– Теперь понятно, откуда взялся желтый цвет! – воскликнул Хейз.
– Какой желтый цвет?
– Кортеной сказал нам, что увидел, как в воде мелькнуло что-то желтое. Он говорил не об ее одежде, Стив. Он говорил о ее волосах.
– Это многое объясняет, – сказал Карелла. – Теперь понятно, почему скромная Клаудиа Дэвис, готовясь к поездке в Европу, купила прозрачные ночные сорочки и открытые купальные костюмы. Понятно, почему гробовщик называл Клаудию хорошенькой девушкой. И понятно, почему по результатам вскрытия ей было тридцать, а все говорят, что она была намного моложе.
– Это ведь не Джози утонула, да? – спросил Мейер. – Думаешь, это была Клаудиа?
– Совершенно верно, думаю, что это была Клаудиа.
– И ты считаешь, что потом она отрезала волосы и покрасила их, взяла имя своей двоюродной сестры и выдавала себя за нее? – поинтересовался Мейер.
– Почему? – вмешался Бернс. Это был коренастый человек с небольшой головой вытянутой формы. Он не любил попусту расходовать слова или время.
– Потому что фонд был учрежден на имя Клаудии. Потому что у Джози не было ни цента.
– Она могла получить деньги по страховке сестры, – возразил Мейер.
– Конечно, но на этом бы все и кончилось. После смерти Клаудии акции должны были перейти в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе. В колледж! Что при этом должна была чувствовать Джози? Послушайте, я не пытаюсь повесить на нее убийство. Я думаю, что она воспользовалась чертовски выгодной ситуацией. Клаудиа была в лодке одна. Когда она выпала за борт, Джози действительно пыталась спасти ее, в этом нет никаких сомнений. Но она опоздала, и Клаудиа утонула. Ладно. Джози не могла говорить, рыдала, плакала, билась в истерике, нам такие сцены хорошо знакомы. Но наступило утро. И Джози начала думать. Они были вдали от города, незнакомцы в чужом городе. Клаудиа утонула, но никто не знал, что это была именно Клаудиа. Никто, кроме Джози. У нее при себе не было документов, помните? Ее сумочка была в машине. Ладно. Если бы Джози правильно назвала свою двоюродную сестру, она получила бы двадцать пять тысяч по страховке, а весь фонд ушел бы в колледж – и все, конец. А предположим, только предположим – Джози сказала полиции, что в озере была Джози Томпсон? Допустим, она сказала: «Я, Клаудиа Дэвис, заявляю вам, что утонувшая девушка – моя двоюродная сестра Джози Томпсон»?
Хейз кивнул.
– Тогда она получает страховку и, кроме того, становится наследницей кругленькой суммы дивидендов, капающих каждый месяц.
– Точно. Что нужно для того, чтобы обналичить чек с дивидендами? Счет в банке, и больше ничего. Счет в банке с заверенной подписью. Поэтому ей надо было только открыть счет, подписаться именем Клаудии Дэвис, а потом точно так же подписывать все поступающие чеки с дивидендами.
– Теперь понятно, зачем она открыла новый счет, – сказал Мейер. – Она не могла пользоваться старым счетом Клаудии, потому что в банке знали и Клаудию, и ее подпись. Поэтому Джози пришлось отказаться от шестидесяти тысяч в «Хайленд траст» и начать с нуля.
– Она решила сбежать в Европу, – продолжил Хейз, – и там вжиться в новую роль и построить новую судьбу, чтобы немногочисленные друзья Клаудии успели забыть о ней. Она наверняка собиралась прожить там многие годы.
– Все сходится, – подтвердил Карелла. – Водительские права были у Клаудии. Она вела машину по дороге из Стюарт-Сити. А Джози пришлось нанимать водителя, чтобы добраться назад.
– И разве могла Клаудиа, которая была так щепетильна в денежных вопросах, заставить стольких людей ждать оплаты? – добавил Хейз. – Нет, сэр. А Джози могла. У Джози не было ни цента, она ждала страховку, чтобы расплатиться с долгами и смотаться из страны к чертовой матери.
– Да, пожалуй, все сходится, – сказал Мейер.
Питер Бернс слов понапрасну не тратил.
– Кто обналичил для Джози этот чек на двадцать пять тысяч долларов? – спросил он.
В комнате наступила тишина.
– У кого недостающие пять тысяч? – задал он второй вопрос.
В комнате было по-прежнему тихо.
– Кто убил Джози? – прозвучал третий вопрос.
Иеремия Додд из «Секьюрити иншуранс корпорейшн, Инк.» позвонил через два дня. Он попросил к телефону детектива Кареллу и, когда тот взял трубку, сказал:
– Мистер Карелла, мне только что позвонили из Сан-Франциско по поводу этого чека.
– Какого чека? – не понял Карелла.
